— Вообще-то, — твердо возразила Алана, отстраняясь, — она права. Скажите мне, что у вас никогда не было подобных историй, и только потом осуждайте человека, который искренне заботится обо мне.

Даор не ответил, но кивнул, соглашаясь. Алане захотелось поцеловать его улыбку, и она зажмурилась от силы нахлынувшего чувства, радуясь, что Даор Карион не может читать ее мыслей, как Келлан.

«Ему бы это понравилось, — подсказал ей внутренний голос. — Ты же ощущаешь его огонь».

— У нас есть немного времени?

— Я бы сказал, не больше получаса, — отозвался Даор.

— Мне нужно кое-что забрать из кухни, — объяснила Алана. — Можете меня подождать? Я быстро, тут совсем недалеко, не больше четверти часа, как раз успею вернуться.

— Я пойду с тобой. Открою портал прямо оттуда.

Алана заспешила вперед. Даор шел рядом с ней широкими, размеренными шагами — на каждый его шаг она делала два.

Приют Тайного знания, самое безопасное место континента, как его называла Хелки, был разрушен. Алана с грустью осматривала следы ударов, разбивших дорожки и строения. То и дело приходилось обходить воронки и завалы, даже перешагивать через поваленные деревья. Это место, еще недавно такое умиротворенное и кипевшее жизнью, теперь было бы похоже на заброшенные руины, если бы не изредка встречавшиеся на пути люди.

Так было везде. Вдалеке виднелась каменная галерея, которую Аринелла когда-то украсила громадными гроздьями цветов и огнями — сейчас проемы сложились, превратившись в месиво камня и земли, и только стена прилегающего корпуса осталась стоять, правда, без угла.

Башня, с крыши которой послушники наблюдали за звездами, осела, словно из ее середины кто-то выдрал кусок, но не упала, а осталась стоять скрюченной, как сломанный палец. Хелки рассказывала, что если лечь на спину на той крыше, не видно ничего, кроме звезд, и не слышно ничего, кроме ветра. Алана мечтала однажды оказаться там…

Дорожки вокруг озера, которые так ревностно убирала и хранила от листьев служанка Тадана, просели вглубь почвы и теперь были похожи на рвы. А само озеро обмелело, словно кто-то выпил три четверти его воды, и сухие, уже заледеневшие на беспощадном воздухе водоросли вмерзли в грязную ледяную корку, покрывавшую дно. Большие, клонившиеся раньше к воде ивы теперь были сброшены вниз, а трава под ними взрыта длинными рваными линиями.

— Как можно было осушить озеро? — проговорила Алана задумчиво. — Оно-то кому помешало…

— Скорее всего, его воду использовали для утопления врагов, — отозвался Даор. — Создать материю или элемент намного сложнее и дольше, чем преобразовать уже существующие. Поэтому в повседневной жизни чаще всего шепчущие преобразуют воздух, добавляя к нему разные примеси.