─ Хорошо.

Слишком стремительно он поднимает меня с места, обхватывая своими руками, наклоняется и, едва касаясь своими губами моих, доказывает, что назад дороги не будет.

Каков поцелуй Смерти?

Поглощающий. Выпивающий душу и оставляющий тебя балансировать на грани сознания. Создающий иллюзию, что ты вот-вот воспаришь в небеса, не чувствуя тела, ведь оно легче пёрышка… А потом резко падаешь в бездну, наливаясь пульсирующим жаром до кончиков пальцев… Никогда бы я не хотела снова это испытать, но я сделала выбор.

Когда я открываю глаза, в первое мгновение всё кажется страшным сном, ведь передо мной мой хищник. Ник уже успел расшнуровать мою рубашку, добираясь обжигающими поцелуями до груди, и я почти готова поверить этому видению, даже невзирая на то, что вижу лишь одним глазом, но быстро вспоминаю, где нахожусь.

─ Выбери другую внешность. Ты делаешь мне больно, ─ прошу я, не в силах притворяться, будто готова играть по чужим правилам, и мужчина отстраняется, меняясь на глазах.

Можно ли сказать про кого-то, что он отталкивающе прекрасен? Если и да, то это явно про него. Волосы – чистейшее серебро, будто и правда созданы из благородного металла, струящегося до самых бёдер. Глаза – глубокое синее море, в котором если утонешь, не будешь расстраиваться по этому поводу, ведь перед смертью видел нечто прекрасное. Об идеально вылепленные черты его лица можно порезаться, а тело, скрытое под чёрными одеждами, обманчиво-хрупкое, но я знаю, что это неправда.

Наверное, все боги выглядят именно так – ни красив, ни уродлив. Эдакая золотая середина, где невозможно отыскать недостатков, но в то же время и достоинства не бросаются в глаза, усыпляя бдительность.

─ Второй глаз верну, если добровольно поцелуешь меня, ─ подмигивает он, и я прихожу в себя после такого полёта над пропастью. ─ Ешь. Это всего лишь кролик.

И я понимаю, насколько голодна, лишь когда пробую первый кусок, а потом даже не замечаю, как опустошаю тарелку под любопытным жутковатым взглядом.

─ Так почему именно мой ребёнок? ─ спрашиваю, когда больше нет причин оттягивать разговор.

Мужчина откидывается на стул, спинка которого вырезана в форме черепа, как и выполненные в том же духе бокалы, да и вообще многое здесь, спрашивая:

─ Тебе знакома система карт Таро? Хотя… О чём это я? Ты же ничего не помнишь.

─ Почему? Кое-что припоминаю. ─ И это правда. Мне даже снились эти карты какое-то время назад вместе со смешным парнем, раскладывающим их передо мной и убеждающим в том, что меня ждёт великое будущее. Может, это был мой друг, но кто же теперь скажет…