Илли печально улыбнулась, демонстрируя руку, что уже стала окончательно прозрачной по локоть.

─ Я уже не успею дойти с тобой, но побуду рядом, пока ещё есть время.

Сотни тысяч разрядов пронзили тело, но Ян не посмел показать, как ему на самом деле больно. Он поднялся, прижал ладонь к девичьей щеке и долго всматривался в её невозможные глаза, словно стараясь насмотреться впрок, а она продолжала медленно истаивать, мерцая.

─ Попрощаться, значит, решила красиво, Колючка, ─ усмехнулся вампир.

─ Ну да, ─ согласилась девушка. ─ Погляди, как здесь здорово. ─ А вокруг и правда царила какая-то особая, умиротворённая тишь, будто природа отдавала дань уважения этим двоим. Даже солнце решило выглянуть из-за плотных туч, освещая зимнюю серость редким лучом, потерявшимся в серебристых волосах охотницы, всё быстрее ускользающей из этого мира. И, понимая, что у них осталось совсем чуть-чуть, девушка поторопилась сказать то, что было важным. ─ Помни о том, что я тебе сказала в твой день рождения.

Ян кивнул, не желая испортить этот момент глупыми ссорами и резкими словами. Просто слушал всё затихающий голос, обещая себе потом выплеснуть своё горе, выпустить зверя – пусть разорвёт кого-нибудь.

─ И ещё кое-что запомни. Судьба никогда не собиралась тебя наказывать одиночеством, как ты часто любил повторять. Она всего лишь давала тебе время понять, что для тебя действительно важно… Надеюсь, ты понял?

─ Я всё понял.

Он действительно начал многое осознавать только сейчас, рядом с Илли. Быть Мастером для Северьяна являлось важной частью жизни, которую он посвятил защите людей в городе. А когда ты всецело отдаёшь себя чему-то, почти невозможно создать семью, невозможно посвятить близким столько времени, сколько они заслуживают.

─ И маленькая просьба от меня, ─ уже на грани слышимости произнесла охотница.

─ Всё, что угодно.

─ Когда мы встретимся вновь, не признавайся, что уже со мной знаком. Так будет интереснее, ─ улыбнулась она. ─ Увидимся, ладно? Я знаю, что ты долго ждал меня, но подожди ещё чуть-чуть.

─ Подожду, ─ заверил Ян, пытаясь удержать прикосновение, но Иллиана всё быстрее ускользала, а вскоре и вовсе исчезла. Истончилась, оставив после себя лишь одежду, которую Высший ещё какое-то время сжимал в пальцах, а потом резко вскочил на ноги и оседлал единорога, долго мча вперёд, не замечая при этом дороги.

И когда его встретили эльфийские стрелы, в первое мгновение вампир предпочёл, чтобы они оказались отравленными.

* * *

Я резко просыпаюсь от собственного крика и короткой вспышки боли в животе. Впрочем, она тут же успокаивается, но ей на смену приходит необъяснимое чувство потери чего-то важного, и оно заставляет подскочить меня, как ужаленную, чтобы мгновенно оказаться в тёплых объятиях, слыша родной голос.