Когда он навис надо мной неминуемой угрозой, у меня уже не было возможности сопротивляться, да и лисица подозрительно затихла, кажется, давно уступив этому хищнику. Всё, на что меня хватило, так это смело встретить его полыхающий взгляд, пока Ник приковывал меня им к постели, а потом вообще схватил за лодыжки, подтянув к себе, резко приподнял, и я оказалась в очень стыдной позе перед его лицом.

Чтобы окончательно меня обездвижить, вампир крепко удерживал меня под ягодицами, разглядывая голодными глазами всё то, что ему открылось.

─ Какая ты здесь красивая, ─ это даже уже не было похоже на человеческую речь – скорее, рокот грома. Дыхание, наполненное пламенем, коснулось меня там, а после я забыла себя, да и остальной мир тоже послала к чертям, ибо ощущение его языка и губ оказалось самым лучшим средством от моего недомогания. Видимо, Ник единственный мужчина, прикосновения которого лишают меня воли, одновременно с этим принося долгожданное облегчение…

Я не поняла, в какой момент чувства обострились ещё сильнее, а мужской рот стал алчнее и напористее. Язык уже не просто скользил по чувствительной горошине, задевая каждую складочку – он нырял внутрь, имитируя вполне определённые движения, пока я изнывала, пытаясь избежать столь откровенной ласки, но так просто меня не собирались отпускать. Меня подбрасывало, сердце колотилось, как сумасшедшее, а глаза закатывались на особо сильных моментах, и вскоре чёртов вампир заставил меня перейти грань, разорвавшись на миллион частиц.

Только вот если я считала, что на этом всё и закончится, то большей мечтательницы вы вряд ли ещё встретите…

Меня, конечно, отпустили, чтобы отдышалась, а затем мужчина собрал пальцами мою влагу и на моих глазах просто тягуче-медленно облизал собственные пальцы, один за другим. Краснеть сильнее уже вряд ли было возможно, однако Нику нравилась каждая моя реакция – более того, он получал от неё какое-то своё извращённое удовольствие.

─ Продолжим? Я чувствую, как тебе ещё плохо, Ветерок, ─ почти невинно заявил он.

─ Нет-нет-нет! ─ запротестовала я, мотая головой, абсолютно не согласная с таким подходом к лечению.

─ Я ведь предупреждал, Рина, ─ улыбнулись мне безумной улыбкой маньяка, а потом опять глянули чётко в глаза. ─ Расслабься!

Я наивно полагала, что не смогу преодолеть стыд и ненависть к Нику, переступить через собственную гордость и смущение, но он доказал мне обратное, ведь то, что произошло позже, наверняка должно вызывать лишь ужас у каждой девственницы, какой я пока что являлась…

Его пальцы невесомо коснулись ещё набухшего комочка плоти, скользнули ниже, а затем один начал медленно, с величайшей осторожностью проникать внутрь. Я даже не могла сопротивляться этой чистой эйфории, разносившейся по венам – только голос ещё как-то мог проявляться, но я подозревала, что скоро не смогу и этого.