— Как?

— Я видел, как ты это делаешь, и сам разобрался. Но я никому не говорил.

— Спасибо.

Мы зашли в мою комнату. Мужчина прижал меня к себе и нежно поцеловал в губы. Сама прижалась к нему, чтобы хоть немного удержать его. Меня поцеловали еще раз, и Виктор отстранился.

— Тебе стоит отдохнуть. Не буду мешать.

Стоило ему выйти из комнаты, я чуть в голос не завыла. Мне очень захотелось поймать его и закинуть на кровать.

Утром предстояло еще официально проехаться по империи и посмотреть на дорогу. Виктор был сама невозмутимость после вечернего поцелуя. Во время встреч ответственных за ремонт и строительство поблагодарила. Осмотревшись, поняла, что как-то много вокруг детей без родителей. Притом ребята были от совсем маленьких до подростков. Одна девочка пробралась ко мне и дотронувшись до ноги сказала:

— Я кушать хочу.

Малышке на вид лет пять, взгляд умный. А одета она как-то слишком легко и не по погоде. Даже бедные люди одеваются лучше.

— Где твои родители? – спросила присев, чтобы быть с ней на одном уровне.

— Умерли в прошлом году.

— А опекуны где?

— Нету.

— А где ты живешь?

После этого вопроса малышка задумалась, а я ощутила, как напряглись некоторые из моего окружения. Никто не рискнул отогнать ребенка, знают, что я трепетно к детям отношусь. У меня часто гостят внуки. В такие дни чиновники облегченно вздыхают, знают, что при детях я резкого слова себе не позволю и никого не прибью сгоряча.

— Как тебя зовут? – решила спросить у девочки.

— Таша.

— Ты сама живешь?

Виктор откуда-то достал большую сладкую булку и протянул ребенку. Девочка на удивление не стала ее есть, только скомкано поблагодарила и хотела убежать. Я удержала ее за руку, а в ее головке увидела образы ее братьев, сестер и других беспризорников. Что-то видимо отобразилось в моем взгляде, что чиновники попятились.

— Таша, пошли ты покажешь, где ты с братьями и сестрами живешь. А я постараюсь помочь вам. Обижать не буду и ругать тем более.