— Ты отринешь все прошлые помыслы и грехи. И с именем Истинного Бога на устах и молитвой примешь из рук высшей жрицы нашего бога золотое солнце с алым сердцем внутри. И с ним на груди ты войдёшь в очищающий костёр. Если сердце твоё приняло Истинного Бога, ты выйдешь оттуда перерождённой.
— А если нет? — спросила Олинн хриплым шёпотом.
— То ты сгоришь. Золото расплавится, а твоя душа уйдёт в алый камень.
Выходит, Риган решила её сжечь! И, судя по всему, никто её теперь не защитит. Никто не может противостоять этой колдунье!
В этот момент Олинн подумала, что идея Хейвуда о том, чтобы она как можно скорее вышла замуж за короля и сняла с него кольцо, была не так уж и плоха. Вот только Риган, видимо, очень спешила сюда, чтобы не дать всему этому осуществиться.
Какое-то время Олинн повторяла за наставницей слова молитвы, не вникая в их смысл. Она лихорадочно думала о другом, о собственном спасении. А что, если за ней никто не придёт? Если никто не сможет противостоять аловласой колдунье? Есть ли вообще способ вырваться из лап этой вороны? Она вспомнила о кинжале, который ей дал Торвальд. Он всё ещё был с ней, спрятан в изголовье кровати. Но что она может сделать этим кинжалом? Убить ворону? Но за дверью стража…
Постепенно сгустилась ночь, и у Олинн уже стали слипаться глаза. Она подумала, что упадёт в огонь прямо сейчас, потому что бормотать ничего не значащие слова у неё больше нет никаких сил. А как спастись из этой западни, она так и не придумала. Вслушивалась в шаги и звуки, доносившиеся снаружи, надеясь, что Гленн и Игвар найдут способ пробраться к ней. Но вскоре все звуки утихли, и лишь огонь в камине потрескивал — Бренна исправно подбрасывала туда поленья. В комнате стало жарко, и от этого ещё сильнее хотелось спать.
От внезапного стука в дверь Олинн вздоргнула. Бренна, очнувшись от своей молитвы, встала, загремела ключами и впустила в комнату служанку. Та принесла большой деревянный поднос с двумя кувшинами и кубками. А следом за служанкой вошла и Фэда.
— А это зачем? — спросила Бренна, указывая на кувшины.
— Это мёд с огонь-травой. Госпожа Риган велела прислать его королевской невесте. Сказала, что он разогреет её кровь для завтрашнего обряда, ну и чтобы не заснула тут до утра, — Фэда наполнила кубок и, проходя мимо Олинн, шепнула: — Сделай вид, что пьёшь, но не пей, если хочешь спастись.
Бренна заглянула в кубок, понюхала, но, видимо ничего подозрительного не нашла и отодвинула его в сторону. Олинн посмотрела на Фэду, теряясь в догадках, кто же её прислал? Фэда была такой бледной, и у неё так дрожали руки, что она едва не расплескала содержимое кубка. И ясно было, что это всё придумала явно не она сама.