— А это чистая вода и немного вина для вас, — второй кубок Фэда протянула Бренне и пробормотала торопливо: — Как же тут жарко!
Она подошла к окну и распахнула его, впуская живительный прохладный воздух. Постояла немного и закрыла окно, оставив небольшую щёлку.
— Если ещё что-то нужно…
— Нет! Нам нужно только уединение и тишина, — отрезала Бренна.
— Да снизойдёт на вас очистительный огонь! — произнесла Фэда, чуть поклонилась и, подтолкнув служанку к двери, быстро вышла из комнаты.
Олинн посмотрела на кубок, взяла его в руки и поднесла к губам, сделав вид, что пьёт. Прошлась по комнате и оставила кубок у изголовья. Бренна тоже выпила воды и снова указала Олинн на место у огня.
— Садись, время пришло! Отвечай: ты готова открыть свою душу Истинному Богу? — спросила Бренна, внимательно вглядываясь в лицо Олинн.
Принять Бога, который пожирает в огне таких, как она? Ну уж нет! Но, даже если она не готова ответить согласием, ей нужно просто потянуть время, пока то, что выпила Бренна, не подействует. Что это, снотворное или яд?
Сердце у Олинн колотилось от волнения, и она просто кивнула, не в силах ответить утвердительно.
— Вот, возьми и зажми в кулак. Смотри на огонь и повторяй за мной, — произнесла наставница и, выхватив из огня красный камень, сунула Олинн в руки.
Камень был горячим. Он обжёг ладонь, и казалось, что кожа сейчас задымится и он прожжёт плоть прямо до самых костей. Олинн хотела разжать руку, но Бренна вцепилась в неё мёртвой хваткой, не давая выпустить камень. Её тощие пальцы обладали невероятной силой, она подалась вперёд и, глядя Олинн в глаза, прошептала хрипло:
— Держи его! Держи! Не вздумай бросить! Бог такого не простит! Смотри на огонь! Смотри! — хрипела ей в ухо наставница-ворона. — Повторяй за мной!
Она принялась бормотать слова какого-то заклинания, но Олинн не собиралась ни смотреть на огонь, ни тем более повторять её слов. От прикосновения жгучего камня что-то всколыхнулось вокруг, воздух пошёл рябью. Или это голова закружилась? Мир поплыл и огонь в камине растаял. До неё опять донёсся звук пожара и треск падающих деревьев, и то, что она уже видела раньше во сне, и сегодня, стоя перед Риган, снова вернулось.