−Но, как ему скажу, он же меня не слышит! — произнесла Олинн, вытирая слёзы.
−Он слышит тебя. Сердцем. И ты говори сердцем. А мы будем молиться за вас, и просить милости у Триединой матери.
Фиан встала и вышла из избушки и Лавена последовала за ней.
Олинн взяла Игвара за руку и накрыла её своей ладонью. Вспомнила, как они стояли в Олруде в саду эрля и он предложил ей бежать с ним.
Если бы можно было повернуть время вспять!
−Меня ничего не держит здесь, − прошептала она, − я согласна. Хочешь, я уйду за тобой хоть в Серебряную бухту, хоть дальше на север, на край света, куда хочешь! Даже туда, где ты сейчас! Мне ничего не нужно. И никто не нужен, кроме тебя. Пусть боги заберут у меня то, что хотят, только вернись ко мне! Вернись, потому что я люблю тебя!
Она приложила к щеке его ладонь и закрыла глаза. И внезапно почувствовала, как он вздрогнул.
−Ох, Луноликая! — прошептала Олинн. — Ты меня слышишь? Игвар?!
Игвар пошевелился и застонал. И если до этого он был просто недвижим и холоден, то теперь у него начался сильный жар. Он метался на лежанке и пытался сорвать повязки с груди и рук, и кажется, где−то там далеко, он всё ещё сражался с гончими и бредил этим.
Олинн позвала Фиен и Лавену.
−Что с ним такое? — спросила она срывающимся голосом.
−Не бойся. Это хорошо, − тихо произнесла Фиен, прикладывая к его лбу ткань смоченную отваром. − Он тебя услышал и теперь возвращается. Но вырваться обратно и уйти от Тёмной девы не так−то просто. Сейчас ему трудно. Его душа отдала старые долги и возвращается к тебе обновлённой. Он ведь заклинатель. Но он отдал за тебя свой дар, а это считай, что умер, и теперь рождается заново. Ради тебя, − Фиен улыбнулась. — Это он захотел вернуться к тебе.
Олинн снова сидела у его лежанки, а потом ненадолго ушла отдохнуть, пока Фиен и Лавена по очереди ухаживали за Игваром. Но Олинн знала, когда она рядом, ему лучше, поэтому возвращалась и сидела с ним столько, сколько могла.
Под утро она задремала и вздрогнула, проснувшись от очередного тревожного сна. Эти сны приходили каждую ночь, потому что слишком много переживаний обрушилось на неё за последние дни. В окно светило солнце, падая в изножье кровати тёплым квадратом света, и в избушке было тихо. Олинн хотела встать с лежанки, на которой прикорнула с краю, чтобы быть рядом с Игваром, но внезапно ощутила, как его пальцы стиснули её запястье. И это было не просто прикосновение, она почувствовала его взгляд кожей и обернулась рывком. Игвар пришёл в себя и смотрел на неё, а в его глазах плескалась светлая колдовская зелень по которой она так скучала.