Когда мы вышли из душевой, я подошла к Роари, толкнула его руку своей и на мгновение прижалась к его плечу.

— Что заставило тебя так радоваться, маленький щенок? — спросил он, подхватывая меня под руку.

— Все складывается, — с улыбкой ответила я. — Сегодня будет хороший день.

Он рассмеялся моему счастливому настроению и не отпускал меня, пока мы поднимались по лестнице. И от прикосновения его руки, обхватившей меня, моя улыбка стала только шире.

Глава 28

Син

Я подтягивался на турнике в спортзале, пока пот стекал по моей голой спине. С губ сорвался хрип, когда я заставил свои руки работать сильнее, подтягиваясь и опускаясь быстрее, чем любой другой ублюдок в спортзале. Когда я тренировался, я становился солдатом, гребаным наемником. Неважно, был ли я самым большим парнем в спортзале или самым маленьким, я все равно победил бы любого мудака здесь, потому что у меня не было ментальных барьеров, не было стен, которые можно было бы разрушить. Я мог терпеть боль до тех пор, пока она не становилась похожей на экстаз. И мне это нравилось больше всего.

Когда я закончил свой сет, я забрался на турник и уселся там, оглядывая огромный зал. Позади меня раздались голоса, и я повернул голову, чтобы посмотреть на боксерский ринг. Итан Шэдоубрук боксировал со своей стаей, нанося им удары один за другим и каждый раз укладывая их как блинчики. Он был из тех фейри, силой которых я мог восхищаться. А образ жизни, который он вел, заставлял мое почерневшее сердце трепетать. Мой род по своей природе был одиноким, но мы жаждали тепла других тел. Я никогда не умел устанавливать связи за пределами спальни, поэтому то, что было у Шэдоубрука, было тем, на что я не был способен. Инкубы созданы для похоти, а не для любви. Но я не мог не задаться вопросом, каково это — иметь семью, которая готова ради тебя пойти на край света. Моя мать совершила ради меня одну прогулку — ту, которая привела ее к мусорному баку, где меня оставили умирать. Настоящие похороны для короля. Ну что ж. C’est la гребаная vie⁵⁴.

Розали привлекла мое внимание в другом конце комнаты, она выжимала двести фунтов, как профессионал. Она вызывала у меня стояк, особенно вид ее голого подтянутого живота под спортивным бюстгальтером. Спортивная одежда Даркмора была черной, простой, скучной. Но она носила ее, как радугу. И мне захотелось превратиться в Пегаса и проскакать прямо через нее.

Шэдоубрук свистнул, привлекая внимание всего зала, и я снова перевел взгляд в его сторону, когда он приказал ближайшим фейри выстроиться и сразиться с ним в поединке. Видимо, победа над каждым членом его стаи была для него недостаточной. И это несмотря на факт, что его грудь блестела от пота, а татуировки выглядели так, словно превратились в жидкие чернила. Это зрелище вызвало ухмылку на моих губах. У этого ублюдка не было границ. И я мог его понять.