– Надо хоть раз на палец примерить.

Итого Эйруину подходит на средний, а мне – на безымянный.

– Ишь, глаз-алмаз. Мне, значит, обручальное, а тебе – просто ни к чему не обязывающее колечко? И в случае чего будешь мне палец демонстрировать? – я сую под нос Эйруину собственный средний палец, с кольцом на второй фаланге, дальше не лезет.

– Носи на шее, – бурчит Ру.

– Посмотрим. Но если я буду носить, то ты тоже, – дотянувшись до кухонной тумбы, высыпаю на неё брюлики и возвращаюсь на место рядом с холодненькой батареей. – Чего ещё изволите, господин лейтенант?

Ру молчит, только прихлёбывает виски. В глаза не смотрит. Смущается, значит. Ру всегда смущается просить о чём-то или сказать, чего ему хочется. И это наводит на следующую мысль.

– Неужто свадьбу на весь Данбург?

– Нет! Но мне было бы приятно, если бы ты представлял меня знакомым как… Не знаю…

– Свою жену?..

Кулак Ру впечатывается в мою челюсть – боль вспыхивает фейерверком, перед глазами сверкает десяток звёзд. Ну вот, только вискарь обезболил, как снова.

– Оу, – обиженно морщусь.

– Доступно? Или добавить?

Ох уж этот прекрасный «прежний Ру»: спокойное лицо, ледяной взгляд, точный кулак. Всё, как я и хотел.

– Понял, – выставляю ладонь, – тупая шутка. Бля, дай…

Выхватываю у него бутылку и допиваю остатки. Слишком мало! А пока я заглядываю в бутылку и пытаюсь вытряхнуть оттуда последние капли, Ру рассуждает, сосредоточенно изучая стену напротив.

– Не знаю. У меня нет идей. И я не хочу тебя подставлять, но… Хочется быть на равных, а то наедине – одно, а так – хожу за тобой, как не пришей пизде рукав, какой-то банный лист с работы. Ты со всеми разговариваешь, подкатываешь, шутки-прибаутки, а я будто не существую.

– Ты ж сам не хотел!

– А теперь хочу!

– М-м. Угу-у-у, – тяну, прикидывая варианты. – Ладно. Хорошо. Буду при всех хватать тебя за жопу и шутить про семейный быт. Но раз так, у меня тоже есть условие. Не желаю выглядеть педофилом, который захомутал наивного лейтенантика. Возможно, даже насильно – если посмотреть в твои невинные голубые глазки.

Ру переводит на меня вопрошающий взгляд, а я, отчаявшись добиться продолжения от тёмно-зелёной бутылки, вскакиваю к кухонному шкафчику. Поискав, выуживаю привычную, круглую и прозрачную, бутылку с янтарно-жёлтым бурбоном. Я бедный-несчастный, мне нужна анестезия.