– Еще не знаю.

Она ухмыльнулась ему.

– Я тоже про себя не знаю. В этом мы сходимся.

– И не говори, – пробормотала Лу. – Я даже с чердаком не могла управиться, какой уж там замок.

Мы надолго замолчали, пока Селия не показалась в кондитерской. Она помахала мне, подзывая к себе. Я поцеловал руку Лу и пошел к Селии. Жан-Люк стоял по другую сторону двери. Наклонившись, он закрыл ее за нами, и Селия… подпрыгнула на цыпочках.

– У меня для тебя подарок, – сказала она, прежде чем я успел открыть рот. – Когда Жан-Люк выкрал твои вещи из Башни, я решила не хранить его вместе с остальными вещами – плечевым ремнем, ножами и прочим, потому что оно показалось мне очень важным. Я не хотела, чтобы ты потерял его в пылу битвы.

Жан-Люк кивнул.

– Я сказал Селии, что оно принадлежало твоей матери.

Озарение и доброе предчувствие вдруг снизошли на меня.

– Конечно, когда Лу заколдовала нашу одежду, я подумала, что потеряла его. – Селия покачала головой – с улыбкой, но устало. Затем вынула из-за пазухи знакомое кольцо с тонким золотым ободком и перламутровым камнем. Камень поблескивал даже в сероватом свете. Селия вложила кольцо мне в руку и улыбнулась еще шире. – Вот. Оно твое. Делай в ним все, что пожелаешь.

Я с удивлением уставился на кольцо. Тепло исходило от него и разливалось по моему телу. Сердце бешено колотилось.

– Спасибо, Селия.

– Это еще не все. – Жан-Люк коснулся рукояти балисарды на моем плечевом ремне. Сапфир клинка мерцал сквозь кожаные ножны. – Я говорил с отцом Ашилем. Мы оба согласились, что тебе найдется место в наших рядах, если ты захочешь. Эта балисарда твоя.

Счастье у меня в груди слегка дрогнуло. Но… нет. Нельзя. Не теперь. Я вытащил балисарду из ножен и протянул ее Селии.

– Мне кажется, есть человек, достойный этого клинка больше.

Селия сжала рукоять балисарды, широко распахнув глаза от изумления.

– Однажды две умные девчушки сказали мне, что хотят стать охотниками. Не такими, каковы они сейчас, а такими, какими охотники должны быть: настоящими рыцарями, которые побеждают силы зла. Защищают землю, заступаются за невинных. Одна из них даже поклялась, что наденет платье.

– О нет, я не могу. – Селия замотала головой, пытаясь вернуть балисарду мне. – Я не умею владеть мечом. Не знаю, как орудовать балисардой.

– Чтобы защищать невинных, размахивать мечом вовсе необязательно, Селия, – сказал Жан-Люк, кивнув мне в знак признательности. В знак уважения. Он сиял от гордости, глядя на нее. – Ты как никто другой доказала это.