— Никаких признаков их присутствия, мой Король, — отчитывается Малир.

Джован коротко кивает.

— Мы, должно быть, опередили Солати.

Его комментарий лишь усиливает моё беспокойство. Что ещё я должна чувствовать, направляясь в бой? Я отряхиваюсь и замедляю шаг, пока мы осматриваем лагерь из пятисот Брум, которые уже здесь. Их палатки расположены аккуратными рядами у основания холма, оставляя относительно ровную плоскость перед спуском к Великому Подъему. Поле битвы.

— Я в любой момент могу пойти и определить их местоположение, — предлагаю я.

Я встряхиваю Флаер, перекинутый через спину.

— Абсолютно точно, нет, — немедленно отзывается Джован.

Я стискиваю зубы.

— Я никогда не думал, что буду частью такой битвы, как эта, — говорит Осколок. — Это противоестественно, вы не находите? Когда человек тратит столько сил из-за жадности.

И это всё, чем была война моей матери. Всё то время, когда мать избивала меня, дало мне хорошее представление о её амбициях и характере. Ей нужны были ресурсы Гласиума. Ей нужно было их железо и нужен был их камень. И теперь я начала задумываться, не хотела ли она также контролировать огромное население Брум как свою личную рабочую силу. Рабов. Она, вероятно, убьёт большинство из них, но тех, кого она оставит в живых, заставит заниматься изнурительным тяжёлым трудом и будет пытать до конца их жизни, как она уже делала со своим собственным народом. Может быть, это и есть то странное чувство, от которого я не могу избавиться. Может быть, мне не нравится, что Татум может быть настолько развращённой. Я бы не подумала, что меня это ещё может удивить.

— Это её мать, — слышу, как Вьюга шепчет Осколку с другой стороны от того.

— Ага, но она не любит её, идиот, — шепчет в ответ Лёд.

— Не думаю, что все здесь об этом знают, — размышляет Осколок.

Я бросаю на него взгляд.

— Если мы потеряем тебя в битве, будь осторожна, — предупреждает он. — Эмоции высоки, и, хотя Брумы, с которыми ты жила, знают тебя, у тех, кто пришел из других мест, есть только наше слово, — он смотрит вперёд. — В разгар битвы они могут начать искать виноватого.

Я оглядываюсь через плечо на торопливую суету позади меня. Внезапно мне кажется, что на меня устремлены сотни недружелюбных глаз. Это объясняет мой дискомфорт.

— Поняла, — коротко говорю я.

* * *