— Я поняла, что не должна принимать ни одно мгновение как должное.

Я делаю глубокий вдох и позволяю своей маске соскользнуть. Я позволяю ему увидеть всё.

— Я чувствую то же самое, Джован. Я… тоже люблю тебя.

Я робко поднимаю глаза, услышав его резкий вдох. Его ухмылка по-мальчишески лучезарна. Он чувствует ту же невесомость, что и я. Его лицо — отражение моего собственного.

Он наклоняется и целует меня, лишая меня всех мыслей и воздуха. Я беру столько же, сколько отдаю, и этого недостаточно. Никогда недостаточно. Мы целуемся так, будто никогда больше не увидимся, а может, это потому, что мы обрели ещё один момент, когда казалось, что всё потеряно. Может быть, Джован знает, что наши дни сочтены. Он нужен мне, а я нужна ему.

Я издаю болезненный писк, когда мои губы трескаются. Джован отпускает меня, со стоном прижимаясь лбом к моей голове.

— Прошу прощения. Я забылся, — выдавливает он. — Этот поцелуй был…

Я облизываю губы, онемевшие от боли.

— Да, — шепчу я. — Был.

Я отодвигаю его голову от своей, чтобы снова получить доступ к его губам.

В конечном счете, он отступает.

— Не искушай меня, любовь моя. Садра убьёт меня собственными руками, если я воспользуюсь твоим состоянием, — шутит он, но я вижу в его глазах беспокойство.

Мой желудок переворачивается от его непринужденного использования слов «любовь моя». Если бы у меня была возможность удержать этот момент навсегда, остаться в его объятиях и забыть об окружающем мире, я бы сделала это. Сейчас я могу притвориться, что у нас есть совместное будущее.

— О чём ты думаешь? — спрашивает он.

Я трусь ухом о его грудь, чтобы избавиться от его щекочущего дыхания.

— Что мы должны сбежать, — честно говорю я. — Но это не сработает.

Он смеётся.

— Почему?

Я моргаю, глядя на него слипающимися глазами.