Он стоял у этой самой машины. Презрев зимний холод — в одной водолазке. Хоть бы свитер надел, что ли.

Подходя ближе, колдунья невольно присматривалась внимательнее, словно пыталась подсознательно запечатлеть в памяти детали этого образа, характерные черты внешности. И невольно сравнивала то, что видела сейчас с тем, что знала раньше.

Коротко остриженные волосы. Слишком, на ее взгляд, коротко. Или она просто слишком привыкла к тем длинным волнам, которые он часто перед выступлениями завивал в тугие кудри. Хотя как можно было привыкнуть за столь короткий срок?

— Итак, ты нас покидаешь.

Голос. С этими его новыми интонациями — раздражение, насмешка, вечный сарказм.

И извечное напряжение, словно еще миг, и он бросится вперед, как дикий зверь.

Глядя на него сейчас, ей вдруг захотелось хотя бы на миг вернуться в прошлое. В тот короткий отрезок времени, когда он смотрел на нее с покровительственной лаской и будил по утрам нежными поцелуями. И она нахмурилась, отгоняя воспоминания. Это было время, наполненное ложью. И история, имевшая паршивый конец.

— Здесь мне больше нечего делать, — Ариа остановилась в шаге от охотника, посмотрела на него свысока. — Теперь с защитой королевской пары справится и Беартис, у меня другое задание.

— Хотела пойти снова ловить всяких тварей, даже не попрощавшись?

Он вскинул разделенную шрамами бровь, глядя на нее с издевкой. Новое постоянное выражение, к которому она не хотела привыкать. Зачем? Она сейчас сядет в машину и уедет, и они больше никогда не встретятся. По крайней мере, колдунье хотелось бы на это надеяться.

— Время нашего договора истекло. Больше не зачем играть в любезность.

Отвечала со скрытой угрозой, гордо выпрямив спину и позволив толике магии пробраться в радужки, озарив их едва заметным мерцанием.

Дарэл вскинул взгляд, явно рассматривая озаренные светом окна квартиры Лианы. Король и Якорь там преспокойно ужинали, защищенные действием элисидского ритуала. Но соглашение, по правде говоря, истекло гораздо раньше. И они оба это знали.

Хмыкнув, Эшворд оттолкнулся от дверцы авто, отошел в сторону, позволяя колдунье взяться за ручку в надежде просто сесть в машину и уехать. Но какие надежды, когда дело касается наглого охотничьего племени? Парой довольно простых движений он перехватил ее за запястья и завел ей руки за спину, прижимая к машине с поистине маниакальной улыбкой.

— Знаешь, — голос охотника наполнился странными грозовыми нотками, а взгляд потемнел, словно становясь отражением ее мгновенно вспыхнувших светом глаз. — Договор ведь действительно аннулирован, и я тут подумал о том, как я хочу тебя…