– К сожалению, Империя знавала несколько примеров государей, по разным причинам не избравшим супругу до срока или оставшимся бездетными вдовцами. Помимо того, что выбор жребием осуществить было уже невозможно, женитьба не давала императору наследника, несмотря на все приложенные им усилия, – Эветьен глянул на меня и, понизив голос, внёс немного ясности: – Для работы артефакта требуется капля крови правителя. Если император был старше необходимого, артефакт уже не активировался. Впрочем, ни с артефактом, ни без него, ни от законной супруги, ни от любой иной женщины, дети у государя больше не рождались.

– В Слове говорится, что всякий правитель, стоящий над людьми так же, как Четверо стоят над всем миром человеческим, должен платить Благодатным дань, – вмешался Тисон, настороженно покосившись на брата, будто опасался, что тот может его прервать. – Плата эта не позволяет ему забыть, что сам он не бог, но лишь простой смертный, возвышенный над другими смертными милостью Четырёх, что он не бессмертен, век его короток и если не сумеет он должным образом распорядиться отпущенным ему сроком…

– В большинстве своём императоры успевали и жениться, и произвести первенца, – продолжил Эветьен. – Некоторые даже прежде, чем всходили на престол. Поэтому и случаев слома ветви не столь много.

– А если кто-то не мог иметь детей по физиологическим показателям?

– Предполагается, что выбор жребием позволяет избежать брака с неплодовитой женщиной, выявляя из всех подходящих фрайнэ достойнейших избранниц.

– То есть мужик бездетным быть не может просто по определению? – возмутилась я. – Сильный пол, венец божественного творения, все дела?

– Может, – ответил Эветьен спокойно. – Но сыновья первопрестольного древа несколько отличаются от прочих мужей. Дань богам или нет, однако во времена пришествия фрайниттов каждое из племён пыталось занять большую территорию и не желало уступать ни клочка земли другому. Они вытесняли остатки аромейцев, захватывали их рабов и не забывали о прочих народах, явившихся из других краёв. Каждый вождь хотел стать единственным правителем что над этими землями, что над всеми фрайниттами.

– Слава императоров Ри… пардон, Аромейской империи покоя не давала?

– Возможно, учитывая, что раньше наши пращуры обходились без идеи единого государя над всеми. Наибольшей удачи на этом поприще добился молодой Энги Фрайнитт, первым объединивший под своей рукой несколько племён. Произошло это здесь, на землях, ставших сначала Франским доменом и местом зарождения столицы, позднее – сердцем Благословенной Франской империи. Несмотря на последующее фактическое разделение при образовании и расширении прочих областей, именно Энги Фрайнитт считается семенем, давшим жизнь первопрестольному древу.