- Значит, я прощен.

- Угу. Но только попробуй меня подогнать под мое прошлое воплощение, и я тут же снова обижусь. На этот раз окончательно и бесповоротно. Теперь я Герда, и не обязана быть во всем как Ингерд.

- Поверь, даже и в мыслях не было ничего подобного, - заверил я ее.

Экипаж плавно затормозил около ворот ее усадьбы. Окна особняка встретили нас темнотой, и только во дворе и у парадного входа горели уличные светильники.

- Родители сегодня вместе с близнецами ушли порталом в княжество Аренхельд на день рождения к папиному старому другу. Так что, я сегодня дома одна. Не желаешь зайти в гости?

- Желаю, - ответил я, чувствуя, как в воздухе между нами витает чувственное напряжение.

Мы двое играли с огнем, но невозможно было не поддаться соблазну!

- Герда, это ты? – послышался голос ее кошки-фамильяра, и появившись перед нами, Бастет изумленно окинула нас взглядом.

- Вот так компания! Добрый вечер, лорд Нордвинд. Или правильней сказать - добрая ночь. Надеюсь, вы помните, что не можете остаться у нас на ночь, как бы вам этого не хотелось?

- Еще как помню, милая Бастет. Да и Герде нужно поспать, так что, я не задержусь, - ответил ей, стараясь не смеяться – настолько меня позабавил ее деловитый тон и изящный намек на то, что честь ее хозяйки под надежным присмотром.

Когда у меня будет дочь, я, пожалуй, тоже буду совсем не прочь, чтобы у нее имелся вот такой питомец. Герда повела меня на третий этаж особняка, где под стеклянной крышей и с панорамными окнами располагалась оранжерея. Бастет тактично осталась в гостиной. Мы расположились на большом плетеном диване. Герда укуталась в плед, задумчиво глядя на прозрачный потолок, не скрывавший завораживающей красоты тихо падающего снега. Уютно потрескивали дрова в камине, на столе около дивана тускло горел кованый светильник с магическим огнем. Мы не стали зажигать свет, чтобы можно было любоваться летящим с неба снегом. Какое-то время мы молчали, просто сидя рядом. Герда, положив голову мне на плечо, смотрела на снег, и в ее задумчиво-рассеянном взгляде читалась легкая грусть. Я не стал нарушать эту идиллию разговорами, решив дождаться момента, когда она сама захочет поговорить, что вскоре и произошло.

- Эрик, - позвала она меня, слегка отстранившись, чтобы можно было видеть мое лицо. – А сколько мы с тобой были женаты тогда?

- Чуть больше двух недель, - ответил я, наблюдая за тем, как удивленно взметнулись ее брови.

- Всего-то две недели?! – изумленно воскликнула она. – Это же так мало!

- Да. Для того, чтобы насладиться жизнью с тобой, этого оказалось чертовски мало. Знаешь, мне словно приоткрыли дверь в бальный зал, чтобы я через щель увидел праздник, а потом резко захлопнули ее перед самым носом. Мы были безбрежно счастливы с тобой все то время, что нам тогда было отмеряно. Благословенные дни… И жаркие ночи…