Эльф пошел прочь из кабинета твердым шагом, но Лия чувствовала — он до ужаса боится нападения в спину. Это ей хорошо — она знает Грея слишком давно…

Как только дверь закрылась за смазливым эльфом, Лия тут же подошла ближе к столу, за которым сидел Грей. Она опасливо прикоснулась к связке странных амулетов, принесенных дель Айтонсом, — жизнь научила её быть крайне осторожной. Прозрачные и оранжевые, как пламя, камешки в виде капли, были заключены в тонкую паутинку серебра.

— Неопасно, — процедил Грей, заметив, как скользят, почти не прикасаясь к серебру цепочки пальцы Лии. — Они пока не активны.

— Что это? — Лия посмотрела на Грея. Страх плескался в её глазах. — Что-то очень жадное. Дикое, я бы сказала.

Грей, уже взявший себя в руки, выбрал одну из цепочек, с наиболее ярко светившимся камнем.

— Позволь надеть на тебя?

Лия подалась в сторону:

— Нет.

Эти амулеты пугали её — стоило чуть задержать взгляд на камне, как он притягивал к себе, звал, тащил, всасывал что-то, что живет под сердцем. И становилось так больно и страшно, потому что оказаться заключенной в камне навсегда — этого и врагу не пожелаешь.

— Нет? — Грей выгнул бровь. — Лия, надо!

Она прижала руки к груди в молитвенном жесте:

— Кайл, не надо. Эти камни… — слов не хватило, чтобы объяснить, что она чувствует. — Они… Голодные, Кайл! Все, что угодно, только не это!

Грей отрицательно качнул головой:

— Мольбы не принимаются. Надевай! — добавил он гораздо резче.

— Кайл… — Она отступила на шаг назад, но сопротивляться не собиралась. Даже руку к своему кинжалу, спрятанному под рукавом шелковой блузы, не потянула. Только надеялась на благоразумие Грея. Никогда до этого он не обижал её. — Пожалуйста…

Он сам обошел девушку и одел цепочку её на шею:

— Учти, цепочка неразъемная. Снимается только с мертвого тела.

— Кайл…

Он развернул её лицом к себе и угрюмо заглянул в глаза:

— Хотела мне помочь в ритуале — терпи!