А Палмера не позвали…

Лия подошла к Эйч, внезапно присаживаясь перед ней на корточки. Заглянула снизу вверх в её лицо:

— Эй, малышка, ты как?

— Восьмая буква алфавита в полном порядке, мем! — бодро отрапортовала Эйч.

— Хелен… Не злись… — Лия спешно оглянулась на Грея и быстро затараторила, — ты не знаешь, что Грей после ритуала потеряет свой ра…

Эйч её оборвала:

— Он мне все сказал. Да и не сказал бы — я не дура, которая не видит, что он откровенно нарывается на смерть.

Лия обхватила своими руками ладони Эйч, сжатые в кулаки:

— Хелен…

Та вырвала свои руки из её пальцев и прошипела:

— Я воспитана в целесообразности, я знаю, что пять жизней это ничто по сравнению с семью миллиардами. И опять же одна жизнь — это ничто по сравнению с тотальным уничтожением.

Лия вновь попыталась достучаться до Эйч:

— Малышка… Пойми одно — он зациклен на своей опасности. Он МОЖЕТ, — она старательно выделила это слово голосом, — стать чудовищем. А может — нет. Я сделаю все, чтобы он НЕ стал чудовищем.

Эйч наклонила голову на бок и голосом прилежной девочки сказала:

— Тогда я его не убью.

— Хелен, если бы речь шла о жертвах в масштабе Кроссроада — он точно стал бы чудовищем, которое надо уничтожить. Но когда всего пять жертв… Он может сохранить разум.

— Я уже ответила тебе!

— Эйч, — чуть повысила голос Лия, — мне казалось, что ты знаешь его — он будет играть свою роль до конца, даже если будет в трезвом разуме.

Она вновь повторилась:

— Он зациклен на том, что опасен для мира. Он будет играть свою роль до конца, пойми!