Он думал, что сама судьба свела нас вместе? Может, нас и влекло друг к другу, но влечение – это вполне естественно, понятно. В отличие от некой неведомой силы, благодаря которой мы встретились и теперь якобы должны быть вместе.

Риан поймал мою руку и прижал ее к своей щеке. Меня тянуло к нему еще сильнее, чем раньше.

– Ты ведь тоже это чувствуешь, не так ли?

Я покачала головой, не желая, чтобы он почувствовал ложь в моих словах.

Его глаза засияли ярким светом.

– Не лги мне. Я знаю, что ты сейчас врешь. Внутри я холоден и мертв, но, когда ты прикасаешься ко мне, что-то разгорается в моей груди, и я горю, – признался он отчаянным шепотом. – Я сгораю по тебе точно так же, как ты сгораешь по мне. – Он провел языком по губам, отчего те заблестели. – Знаю, я подонок и совершенно не заслуживаю тебя. Я пытался отпустить тебя. Но ты сама нашла меня, и я подумал, что, возможно, на этот раз судьба не насмехается надо мной. Что в моей проклятой жизни наконец-то появилась надежда. Я думал, что мне не придется отказываться от тебя.

Я убрала руку от его щеки и спрятала ее под одеяло, чтобы избавиться от непрекращающегося жжения.

Риан уронил освободившиеся руки себе на колени.

– Глупо с моей стороны, да?

Я узнала выражение, мелькнувшее в его глазах, – почувствовала это до глубины души.

Сожаление.

Риан поднялся с кровати, забирая с собой пламенеющий жар, и отступил к двери.

– Зачем ты пришел? – прошептала я.

Он замер на пороге.

– Потому что ты кричала.

Я кричала, и единственным, кто пришел мне на помощь, был мой тюремщик.

– Мертвые заложники мне ни к чему, – добавил он с кривой усмешкой и покинул мою комнату.

Из плодородной почвы уже показались крошечные ростки, но потребуется по меньшей мере месяц, прежде чем я смогу назвать свою грядку цветником.