– Я хочу тебя, Самаэль.

Не успела я прошептать свое согласие, как разгоряченная магия Гнева высвободилась. Мягкое, до неприличия прекрасное, легкое, словно перышко, поглаживание скользило по моему телу, дразня мою плоть, пока я не прогнала нарастающее во мне ощущение. Еще одно горячее перышко лизнуло мою грудь, заменив рот Гнева, когда мой муж неторопливо поцеловал меня.

Мои руки все еще были сжаты над головой, а язык Гнева был у меня во рту, его магия одновременно ласкала меня повсюду. Удовольствие захлестнуло меня, наэлектризовав каждый нерв, когда демон усилил свою магию, отдавая больше своей силы этим призрачным пальцам экстаза.

Гнев называл себя Его Королевским Высочеством Неоспоримого Желания, и мне казалось, что я уже испытывала подобный уровень соблазнения. Но ничто, ничто не могло сравниться с этим.

Ни магия Похоти или Жадности, ни Греховная вечеринка Чревоугодия и вид пар, потерянных в муках чистого восторга, – ничто из этого не могло сравниться с величиной… любви Гнева.

Дело было не только в его магии, с помощью которой он усиливал мое удовольствие, и не в огромной силе, которой обладал. Дело было во внимании и заботе, в бесконечном желании доставить мне удовольствие, удовлетворить человека, которого он любил, всеми мыслимыми способами. Желание Гнева показать свою любовь ко мне намного перевешивало любое низкое желание моего тела. Он тоже этого хотел, но больше всего на свете он жаждал моего сердца. Моего разума и моей души. Так же, как я хотела его.

Магия Гнева скользнула внутрь меня, ощущение великолепной смеси горячих поцелуев и глубоких толчков, наполнявших и растягивавших меня, идеально синхронизировалось с каждым движением его языка по моему. Все это время волшебное тепло обжигало мои груди, пока они не стали тяжелыми от желания. Гнев поцеловал меня крепче, прижавшись бедрами к моим, его эрекция попала во все нужные места. Я извивалась перед ним, желая освобождения.

– Гнев.

Уточнять не требовалось. Захватывающим движением муж обхватил меня рукой и перенес нас к своему столу. Одним крылом он скинул с поверхности журналы и баночки с чернилами, прежде чем уложить меня. Секундой позже его штаны были сняты, и он возвышался надо мной и выглядел при этом как бог во всей своей мужественной красоте. Принц демонов не сорвал с меня платье, как намекал его взгляд; он задрал его, пока двигался по мне.

Он впитывал каждый дюйм моей кожи, словно ему больше ничего не требовалось в этой жизни. Вспышка чего-то непроницаемого промелькнула на его лице, но он подавил любые сомнения или беспокойства.