В нос мне ударил потрясающий аромат горячего лимонного напитка и свежих булочек, и я принялась завтракать. На подносе стояли чашки с соками и холодным молоком, а также мисочки с овсянкой и свежими фруктами; на тарелках лежали теплые булочки с маслом и сыром, два вареных яйца и сладкая выпечка. Мой живот громко заурчал, и Люсифер хихикнул.
Мы с удовольствием набросились на еду. Я съела булочку и половину выпечки, а затем Люсифер накормил меня свежей малиной. Он сам съел булочку, подчистил овсянку и выпил две чашки молока.
Когда мы оба насытились, он поставил поднос на пол и повернулся ко мне. Его лицо было необычайно серьезным. Я вопросительно посмотрела на него.
– Я не могу даже представить себе, что ты сейчас переживаешь, – начал он. – Ты сражалась на войне, потеряла брата и мать, а еще у тебя появился дар, который ты никогда не хотела иметь. Тебе нужно знать, что я всегда буду рядом с тобою.
Он нежно сжал мою руку.
– Мы переживем это вместе. Я навсегда возьму на себя часть твоего бремени, помогу тебе справиться с болью и научиться управлять даром. Ты не одна, Тара.
Он внимательно посмотрел на меня. Я кивнула со слезами на глазах, наклонилась и поцеловала его.
– Спасибо, – прошептала я. В моих устах это простое слово еще никогда не звучало столь серьезно.
Мы оба испытали столько страданий. Нечеловечески много страданий. Оставаясь вместе, мы сможем облегчить друг другу боль. Не забыть о ней, не прогнать ее на задворки сознания – а именно облегчить.
Вчера ему удалось настолько отвлечь меня, что я на целый вечер забыла о потере Леандера и о своем ужасающем даре. Если Люсифер продолжит и дальше так воздействовать на меня, то я, возможно, однажды смогу полностью изгнать из себя эту жуткую черную бездну.
Я, наверное, смогу быть счастлива. Счастлива с ним.
И впервые за столь долгое время я наконец снова почувствовала что-то вроде надежды.
Конец первой книги