Она видела, как улыбались его губы. Совсем близко, лишь чуть податься вперед и…

Но Лина не шевелилась.

— Мне показалось, что ты сам этого захочешь, — призналась, краснея еще больше.

Стало и вправду стыдно: за то, что сделала неверные выводы, основываясь лишь на собственных страхах и неуверенности в себе, и за то, что приняла единоличное решение там, где решать всегда должны двое.

Линден чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Дошло? — уточнил мягко, не прекращая улыбаться. У нее сердце заколотилось быстрее от этой его улыбки.

Дошло. Вот теперь окончательно дошло.

Она всхлипнула и уже сама кинулась ему на шею.

— Прости, кажется, я идиотка, — покаялась придушенно, уткнувшись носом ему в шею и чувствуя себя одновременно самой счастливой и самой глупой на свете.

Айрторн прижался щекой к ее волосам и тяжело вздохнул.

— Взаимно, напарник, — покаялся в ответ. — Если бы я так долго не строил из себя само благородство, чтобы не мешать твоему счастью с сыскарем, ты не надумала бы себе всякой ерунды.

— Не было никакого счастья, — буркнула Лина.

Он усмехнулся.

— Я уже понял.

Она подняла голову, чтобы посмотреть ему в лицо. На ее собственном расплывалась счастливая и, должно быть, действительно идиотская улыбка.

И на сей раз Лина первой потянулась к его губам, без стеснения или каких-либо сомнений.

* * *

Линетта лежала на животе, подмяв под себя подушку. Линден устроился на боку, подставив согнутую в локте руку под голову, и бездумно водил кончиками пальцев по ее обнаженной спине. Она улыбалась, глядя на его сосредоточенное лицо, будто в этот момент он занимался необычайно важным делом, и любовалась игрой солнечных лучей на его распущенных волосах, сейчас переброшенных на одну сторону и спускающихся вдоль руки на простыню. Простыня эта, кстати говоря, была очень простая, в мелкий фиолетовый цветочек, что совершенно не сочеталось с серебром его роскошных волос и отчего-то заставляло Лину улыбаться еще шире.

— Куда ты смотришь? — Он искоса бросил на нее хитрый взгляд, не прекращая своего занятия.

— На твои волосы, — честно сказала она и в доказательство своих слов протянула руку, чтоб пропустить мягкие отливающие серебром пряди между пальцев.