Нет, она ни о чем не жалела, но почему-то так сильно щемило в груди, что хотелось плакать.

Но слезы — это почти всегда бессмысленно. Поэтому Линетта заставила себя встать, аккуратно приставила разбросанные ботинки к стене, убрала остальные вещи в мешок для грязного белья и отправилась в ванную.

* * *

В доме до сих пор стояла тишина. Ванна была принята, волосы тщательно расчесаны и даже наполовину высушены, а все по-прежнему спали.

Можно было бы и самой снова прилечь, но, несмотря на почти бессонную ночь, Линетта чувствовала небывалый прилив сил. Тело требовало движения, и, собрав еще немного влажные волосы в свободную косу, она вышла из комнаты и направилась на кухню.

Раз уж завтрак не доставили, так почему бы не позаботиться о нем самой? Лина уже и не помнила, когда что-нибудь готовила в последний раз. Тем более — по собственному желанию, а не в ответ за какую-нибудь услугу Дорнану или проспорив Петеру.

Петер… Она мотнула головой, отбрасывая от себя невеселые мысли, и полезла в кухонный стол за мукой. Блинчики с вареньем показались ей наилучшим вариантом на завтрак.

На столе образовалась уже внушительная горка блинов, когда в кухню вплыла Розария. Уже одетая и аккуратно причесанная, а оттого не выглядящая сонной, несмотря на то что поздно встала.

— Что это с тобой, Деверо? — нахмурила женщина мохнатые брови, встав в проходе и уперев руки в бока.

Линетта обернулась от плиты, пожала плечами.

— Захотелось что-нибудь сделать своими руками.

В ответ Розария лишь покачала головой, без слов осуждая неугомонную молодежь, и прошла к столу.

— Угощайтесь, — сказала Лина.

— А ты можешь брать мои полотенца, — буркнула соседка, что с ее стороны было неслыханной щедростью. Линетта оценила. — Чай-то заварила?

— Не успела.

Розария мученически возвела глаза к потолку.

— Эх, вечно все приходится делать за вас. — И прошла к ящику на стене, со скрипом распахнула дверцы и извлекла оттуда свои запасы.

Лина тихонько улыбнулась, умолчав о том, что соседка лично грозилась оторвать руки любому, кто притронется к ее чаям на верхней полке. С появлением в общежитии Айрторна Розария частенько угощала жильцов своим чаем, но заваривала его всегда собственноручно, тщательно отмеряя дозу и контролируя процесс.

Наполнив кипятком заварник и накрыв его полотенцем, женщина с громким выдохом опустилась на стул у стола; придвинула к себе тарелку с блинами и немедленно попробовала один.

— М-м… — протянула, вскинув на Лину удивленный взгляд. — Вкусно. Ночные танцы пошли тебе на пользу.