Линден рассмеялся.

— Все-таки нравятся?

Что ж, заслуженно. Сколько раз в начале знакомства она бестактно намекала, что ему не мешало бы подстричься?

— Очень, — призналась Лина, продолжая, играть с упругими прядями, — особенно на ощупь. — А потом кое-что вспомнила и хихикнула. — А ведь из-за них я приняла тебя со спины за женщину. Там, на пристани, когда ты только приехал.

В первое мгновение его глаза изумленно округлились, а потом он едва ли не хрюкнул от смеха.

— Серьезно?

— Угу. — Линетта высвободила вторую руку из-под подушки и перевернулась на спину, ничуть не стесняясь своей наготы. Линден тут же обнял ее одной рукой, придвигая к себе ближе, однако вторую руку из-под головы так и не убрал, теперь нависая над ней. Только что обсуждаемые волосы коснулись ее щеки, но она и не подумала их убирать или отодвигаться самой. — А когда повернулся лицом, то подумала, что ты слишком красив для мужчины.

Айрторн хохотнул.

— Сомнительный комплимент, тебе не кажется?

— Очень сомнительный, — согласилась она и, обвив рукой его шею, приподнялась, чтобы поцеловать.

Линден мгновенно перехватил инициативу, и уже через несколько секунд Лина оказалась распластана на постели и прижата к матрасу крепким телом. Совсем не женским, должна была она признать.

Разорвав поцелуй, он приподнялся, продолжая удерживать обе ее руки над головой, заглянул в глаза.

— Ну и когда же ты влюбилась в меня? — поинтересовался ехидно. — В такого красивого и женственного?

Лина лукаво прищурилась.

— Все-таки обиделся?

— Возмутился.

Линетта рассмеялась, и вдруг ее позвоночник словно прошило молнией — до нее с запозданием дошло, что именно он сказал. Влюбилась, как есть влюбилась, но…

Да плевать она хотела на всякие но, в самом-то деле.

— Когда ты починил забор у дома Агнессы, — сказала чистую правду.

Айрторн удивленно моргнул и даже ослабил хватку на ее запястьях, чем Лина мгновенно воспользовалась, обняв его за шею.