Крик боли рвался наружу, но девушка его подавила. Вместо этого она прошептала заветное имя, которое сообщил ей Михаил, и даже не пикнула, когда меч возник в правой руке и обжег ладонь. Сейчас не было времени на боль. Не было времени и на ненависть к Михаилу, не позволившему ей призвать меч, несмотря на сотни бесконечных нажатий на руку на ладони. Чертовому Михаилу, чей обман стоил жизней Мэшеру и Гадриэлю. Зато было время, пока Ирида ликовала и не обращала внимания на происходящее.

Бросив прощальный взгляд на бездыханного Мэша, с которым она надеялась увидеться в ближайшее время, Лиза подплыла к окутанному временным вихрем Тенаксу, все еще ведомая Михаилом и его заклинаниями. Она не питала ложных надежд и понимала, что Мэшер и Гадриэль мертвы и та же участь ждет и ее. Но оставался призрачный шанс встретиться с Мэшем в жизни загробной, если таковая все же имелась, и за него Лиза и уцепилась.

Понимая, что время уходит, девушка закрыла глаза и сделала глубокий вдох и выдох, отключив мозг и отдавшись телу. Лежащий в правой ладони меч тут же начал вибрировать и раскрыл свою полную силу.

Меч был не просто сильным оружием, он был древним артефактом, в котором жила душа могучего воина Михаила, и Лиза приложила все усилия, чтобы ему понравится. Дух меча должен был увидеть в ней достойную и только тогда пришел бы ей на помощь. Сначала меч не поддавался, потому что девушка действовала головой, но, когда Лиза открыла духу свое сердце и рассказала ради кого она идет на жертвы, он принял ее и раскрыл все тайны.

Крепко сжатый в правой руке девушки меч лучше неподготовленной Лизы знал, что делать. Он не следовал боевому этикету и подвел девушку к противнику сзади, чтобы она напала на Тенакса со спины. В войне не до реверансов, а победить такого как тресфасьем можно было только играя против правил. Меч с трудом рассек круживший вокруг Тенакса временной вихрь, но с легкостью вонзился острием под левую лопатку тресфасьема. Древний артефакт проложил путь сквозь тело, найдя выход через сердце, а после ярко засветился, потому что задача была выполнена идеально.

— За Гадриэля! — шепнула на ухо тресфасьему девушка, а всадив меч поглубже и провернув, добавила: — И за моего Мэша!

Тенакс схватился за грудь.

Острая боль пронзила сердце не только тресфасьема, но и Лизы, начавшей хватать ртом воздух. Кровь поверженного врага, хлынувшая на руки девушки, обжигала девушку словно раскаленная лава.

— Ты смогла … — прохрипел тресфасьем и упал на белый снег, окрашенный алым. Рядом с ним упал секундой позже странный ошейник, который был спрятан под воротом черной водолазки.