— Это я спрашивать должен, — заметил Клим, садясь на кровати и потирая грудь.

— Я сейчас отца позову!

— Ага, зови! Ему, думаю, тоже будет интересно узнать, зачем ты лазишь по ночам через окна в чужие комнаты.

Девица насупилась, но все-таки огляделась и удостоверилась, что действительно ошиблась окном. И все равно гордо вздернула подбородок, словно это он к ней заявился.

— Отвернись, — потребовала она. — Мне одеться надо.

— Только попробуй выкинуть какую-нибудь глупость, — предупредил Клим и честно сомкнул веки, порадовавшись, что хоть ему одеваться не нужно, по привычке он спал в одежде. О том, что девка может что-то натворить, он не волновался: уже понял, почему чутье промолчало. Было слышно, как она влезла, пошуршав, в свои штаны. Клим для порядка выждал еще немного и снова открыл глаза. Она уже собрала раскиданные вещи. И направилась к двери. Подергала за ручку, но дверь предсказуемо не открылась.

— Выпусти меня, — потребовала она, нахмурив брови.

Клим встал с кровати.

Девушка вжалась в стенку.

— Насиловать собираешься? — вроде бы с норовом поинтересовалась она, но при этом испуганно прижала к груди весь свой скарб.

Клим хохотнул. Во-первых, было бы тут что насиловать, а то и подержаться не за что, даже груди под футболкой не видно, а во-вторых…

— Это ты ко мне вломилась, так что беспокоиться тут мне надобно.

— Нужен ты мне больно. А ну открой дверь.

— Не открою.

— Я буду кричать.

— Кричи.

И она крикнула. Тихонечко так. Подождала, но ничего не произошло. Вскрикнула ещё раз. Погромче, но всё равно почти что шепотом. Снова подождала, и снова ничего.

— Да ты в голос ори, — предложил Клим. — Чего боишься-то?

— А чего это ты ничего не боишься? — нахмурилась она. — А если и правда закричу?

— Хотела бы закричать, уже бы закричала, — Клим скосил глаза и с тоской глянул на подушку. Та так и манила прилечь на неё. И он бы с удовольствием, правда. Но к подушке он возвращался ночь за ночью, а девицы к нему в окно влезали впервые. — Говори давай, кто такая и к кому шла.