-- А давайте, ваша светлость, спросим самого дофина?

Обращение «ваша светлость» покоробило Максимилиана. Анна явно давала понять, что недовольна им.

«И тем не менее, это слишком рискованная авантюра. Хотя в ее изложении звучит весьма заманчиво. Я только не понимаю, зачем ей такое приключение? Или…».

Герцог стал вспоминать, как сам затосковал во дворце и даже ухитрился разозлить отца, ввязавшись в авантюру с заговорщиками. Тогда, помнится, король гневался на обоих сыновей: на старшего, что позволил такое, на младшего, что полез. «Да если бы не случались периодически разные заговоры, я, пожалуй, жил бы несколько скучновато. Нет, конечно, слава Богу, что ничего такого пока не намечается, но участвовать в этом было пусть и тяжело, но интересно. Но… как ей разрешить такое?! Она женщина, слабая и хрупкая. А если с ней что-то случится?!».

Голос Анны звучал как ручеек, приводя новые доводы. Она обещала во всем слушаться и выполнять все предписания для безопасности, она сердилась и выговаривала ему, что по его милости просидела два года в провинции. Она давила на его совесть, и Макс, зная за собой грех, ощущал стыд и неловкость…

Он приехал на следующий день. Отказаться от визитов перед расставанием было бы слишком тяжело, да и герцогиня, кажется, была ему рада.

Аккуратно, не торопясь, помня о том, что для него девушка-дворянка – существо несколько безмозглое и беспомощное, она уговорила его навестить дофина…

-- Анна, он просто высмеет эту идею, я уверен!

-- Если мы не попробуем, мы так и не узнаем, Максимилиан.

В карете спор продолжался:

-- А если король вызовет вас во дворец?

-- Заранее скажем, что лекарь рекомендовал мне провести осень на курорте с минеральными водами.

-- Но на кого вы оставите свое производство? Там же столько людей, вы говорили, что для вас это важно…

-- Леди Мишель прекрасно справится с любой работой. Мы всему учились вместе, и уже сейчас она выполняет половину работы. Ах, Максимилиан, вы что, подозреваете, что я смогла бы столько сделать одна? Откуда бы у меня такие познания могли быть?!

-- А если дофин скажет нет? – Максимилиан даже не понимал, что уже проиграл и просто защищается.

Прихоть Анны нельзя даже было назвать прихотью. Просто она понимала, что это наиболее короткий путь к тому, чем она собирается заниматься. Ну, по крайней мере, большую часть своей жизни. Может быть, потом, через несколько лет, появится еще и модное ателье для дам. Но это потом…

А сейчас у нее есть один единственный шанс хоть немного узнать этот мир подробнее. Ужасы жизни в Эспании сменились вполне уютным существованием во Франкии. Но хотелось посмотреть и остальное. Кроме того, герцогиня была уверена: никто, кроме нее, не сможет отобрать нужные для швейной мастерской товары.