— Всё знаю, сеньор, − она выпрямилась, чтобы придать значимости своим словам.

— Это очень хорошо, Делисия. Значит, ты нам и поможешь. Донна Виолетта очень тебя хвалила, сказала, что ты самая сообразительная из служанок.

Делисия поняла, что ругать её не будут, преисполнилась важности и даже перестала теребить край передника.

Морис некоторое время задавал ей разные вопросы. О распорядке жизни в доме и хранении вещей, о графике работы слуг, о лошадях, закупке провизии, работах в саду…

Он перескакивал с одного вопроса на другой без всякой логики, но Эмбер понимала, что он делает. В этой огромной куче разнообразных вопросов, которые наверняка смешались у Делисии в голове, прятались и те, которые были важны сыщику, и служанка не должна была понять, какие именно. Чтобы не соврала в ответах.

И то, как Морис вёл свой допрос, заставило Эмбер снова ощутить беспокойство. Этот сыщик не так прост, как выглядит, и нужно быть с ним особенно осторожной. Один и тот же вопрос он задавал то так, то эдак, просто разными словами, и подловить человека на лжи ему бы ничего не стоило.

— … В кладовке-то? Ну, нет! Там мы складываем обычно всякие-разные коробки, эрр Морис! И от обувщика, и от парфюмера, и из кондитерской лавки. Ну, знаете ли, всяко может пригодиться. Вот хоть бы в храм собираем пожертвования, так самое то, ну не в новые же класть в самом-то деле?! И шляпные коробки, само собой, тоже там лежат, — ответила Делисия на вопрос, куда складывают упаковку от разных покупок.

— А слуги свои коробки от покупок тоже там держат?

— Помилуйте, сеньор! Да какие у нас там покупки?! — усмехнулась Делисия бестолковости Мориса. — Мы-то в коробках ничего и не покупаем. На медяк-то много не накупишь, да и кто на нас будет тратить бумагу да тесьму! Это ежели только от хозяйки подарки, вон, сеньорита Изабель мне отдала свою шляпку, которая испачкалась, так и коробку с ней. А куда мне такую большую коробку? Шляпку-то я только в храм надеваю, да и висит она на гвоздике над моей кроватью, а куда коробку? У нас в комнатах для слуг и места нет под такое. Так с разрешения доньи Виолетты всё в общей кладовой храним. Донья Виолетта не любит, когда у слуг в комнате всего навалено, каждую неделю проверяет, чтоб чисто было, полы вымыты, да под кроватями ничего не стояло. И платья выстираны, и воротнички нашиты, а ещё, чтобы у каждого Скорбящего Ангела сосуд с освящённой водой стоял…

— Какая радетельная у вас госпожа, повезло вам и дону Алехандро! — перервал Морис поток восхвалений. − А что же, в кладовку все подряд ходят? Как-то это… — он покачал головой.