— Может, и не только шамана… Напомни-ка, в случае смерти сеньориты Оливии кому отойдёт её доля в наследстве? — внезапно спросил Морис.
— Ну, женские доли распределяются между оставшимися женщинами.
— То есть, между сеньоритой Изабель и донной Виолеттой?
— Нужно уточнить у нотариуса, но скорее всего, именно так. На что ты намекаешь? — спросил сеньор Виго, глядя на Мориса внимательно.
— Пока не намекаю, а обдумываю одну из версий. Схожу-ка я в кладовку, а потом поговорим.
И, как только Морис закрыл дверь, Эмбер подошла и заперла её изнутри на ключ.
— Мне нужно поговорить с вами, сеньор Виго, — произнесла она негромко и приблизилась к нему.
— Да, Эмерт, что случилось? — спросил сеньор Виго, глядя на неё с озабоченностью.
Она вспомнила, что говорил Тибурон, когда вручал ей пузырёк с эфиром.
— Море приносит покой. Вы любите море? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.
Она придумала эти слова, стоя в каюте Тибурона, и именно их он вплёл в свой эфир. И сейчас они либо сделают своё дело, либо нет, и тогда ей стоит придумать ответ на вопрос сеньора Виго о том, что она тут такое несёт.
Но слова подействовали, потому что Эмбер сразу же ощутила нечто странное. Как будто звуки стихли, а стены вокруг покрылись туманом, и где-то далеко действительно зашелестел прибой, обволакивая их покоем. Она глянула на часы и засекла время.
— Люблю, — эхом ответил сеньор Виго.
Сердце у Эмбер забилось тревожно и гулко. Время, отведённое Тибуроном, пошло. Эмбер остановилась прямо напротив сеньора Виго и, глядя внимательно ему в лицо, спросила:
— Сеньор Виго, в подвале есть сокровищница, а в ней сейф. Какая последовательность поворачивания ключей?