— Ты же про разведку, да?

Даледжем расхохотался в голос, качая головой.

Мгновение спустя он тихо застонал, когда Ревик начал расстёгивать его брюки.

— Я правда люблю тебя, брат, — пробормотал Даледжем. — Это не просто слова.

Ревик поколебался. Почему-то смутившись, он улыбнулся и позволил своему тону сделаться дразнящим.

— Это секс-любовь, брат? — спросил он, опуская взгляд к ремню Даледжема.

— Ты имеешь в виду влечение? — уточнил Даледжем, и его глаза сделались слегка хищными. — Фиксация?

Подняв взгляд, Ревик пожал плечами, ответив лишь взглядом.

Даледжем снова рассмеялся.

Ревик почувствовал, что другому видящему нравится выразительность его лица и глаз, даже его молчание, которое несло в себе множество смыслов, и привычка Ревика говорить руками. Даледжему настолько всё это нравилось, что ещё одна лента боли скользнула по свету зеленоглазого видящего, когда он подумал об этом.

Интенсивность боли Даледжема скрутила грудь Ревика.

Он осознал, что ласкает подбородок Даледжема, снова желая его и позволяя другому видящему ощутить его желание.

— Возможно, это я тоже испытываю, — признался Даледжем. — Секс-увлечение. Фиксация. Но нет. Этим дело не ограничивается, брат.

— Как ты можешь быть уверен? — спросил Ревик.

Услышав свой голос, он осознал, что вопрос искренен.

Даледжем поласкал руку Ревика наполненными светом пальцами, затем его лицо, трогая последние следы синяка, оставшегося от его удара кулаком больше недели назад. Он слегка нахмурился, аккуратно прикасаясь к синяку, и Ревик прищёлкнул, качая головой.

— Вот только не надо опять извиняться. Я серьёзно.

— Этому нет оправданий. Это ребяческий ответ видящего на ревность, на собственническую ярость…

— Только не начинай опять, — предостерёг Ревик. — Я серьёзно. Забудь, — бормоча себе под нос, он добавил: — Я наверняка сделал бы то же самое с тобой. Наверняка даже хуже, — поддев его ладонью, он добавил: — Отвечай на вопрос. Перестань меня отвлекать.

Даледжем улыбнулся, мягко цокнув по нёбу языком и начав массировать грудь Ревика сильными пальцами.