Трэвис фыркает от веселья и делает несколько дерганых толчков.

Мне так нравятся ощущения, что спина сама выгибается.

— Да! Сделай так еще.

Он наращивает быстрый ритм, опираясь на предплечья надо мной и больше наклоняясь на одну сторону, чтобы поберечь травмированное плечо.

— Тебе так нравится? — он потеет и улыбается мне. — Я знаю, что моей милой малышке нравится тряска.

Я хихикаю и одновременно стону от удовольствия, и в итоге получается нелепый звук. Трэвис берет меня с такой силой, что сотрясает и кровать, и мое тело, но он определенно бережет себя, и этот факт позволяет мне расслабиться и наслаждаться процессом.

Я обвиваю его руками и двигаю бедрами в ритме с ним. Наши тела издают сексуальные шлепающие звуки, пока оргазм не скручивает меня с силой, завладевая всем телом. Я кричу, когда по мне проносится дрожь удовольствия, и я знаю, что Трэвис тоже вот-вот утратит контроль.

Его хриплые вздохи превращаются в сдавленные восклицания.

Я крепче обхватываю его бедрами, все еще запыхавшись от оргазма.

— Не выходи. Пожалуйста, не выходи.

Трэвис стонет и роняет голову, потираясь бедрами о мои бедра, и его контроль срывается. Разрядка сотрясает его тело. Он выдавливает «Люблю… тебя… милая», пока кончает.

Это ощущается иначе. Когда он кончает в меня.

Я обнимаю его руками и ногами, когда он расслабляется. Мы оба хватаем воздух ртом. Трэвис поднимает голову, чтобы медленно поцеловать меня.

— Люблю тебя, — бормочет он мне в губы.

— Я тоже тебя люблю.

— Ты уверена, что мне не стоило выходить?

— Да. Я уверена.

— Я знаю, что с детьми вроде как теперь сложно. Но тут никак нельзя сказать наверняка. Возможно, мы делаем ребенка каждый раз, когда занимаемся этим.

— Я знаю, — я крепко обнимаю его. — Это сделало бы меня счастливой. Я хочу испытать с тобой все.

Трэвис тихо стонет и утыкается лицом в изгиб моей шеи.