– Чем я здесь, по-твоему, занимаюсь? Ей это не понравится, когда она очнется. – Кто-то накрыл меня одеялом. – Она меня ненавидит, если ты не заметил.

– Просто обними ее, но больше и пальцем не трогай.

Смех Гефеста прокатился по пещере, а потом не осталось вообще ничего. Ни боли. Ни звуков. Одно сплошное ничто.

Когда я снова пришла в себя, было по-прежнему темно. Кожа между лопатками натянулась и слабо горела, но в остальном я чувствовала себя прекрасно. Мне было тепло и мягко. Какая невероятно удобная кровать! Я сильнее зарылась лицом в подушку. Она пахла почти как… Подушка заворчала, а одеяло стиснуло меня словно удав. Минуточку. Да что он себе позволяет?

Я попыталась высвободиться и подняться. Не может быть. Этот тип воспользовался моей беспомощностью, а на мне даже свитера не было. Впрочем, на нем сверху тоже не оказалось одежды, что лишь усугубляло ситуацию.

– Отпусти меня, – процедила я.

– Только после того, как успокоишься. Еще наткнешься в темноте на инструменты Гефеста и поранишься.

– Всяко лучше, чем лежать полуголой с тобой в одной постели.

– Не устраивай сцен. Ничего не произошло.

– Возможно, потому, что я все еще здесь.

– Как ты допустил, чтобы он лег со мной? – напустилась я на Калхаса.

– Ну, у вас же это не впервые.

– Но сейчас-то я знаю, что он прыгает в койку со всеми подряд. Это огромная разница.

– Не настолько я плох. – Кейден к тому моменту уже сидел на краю кровати и тер руками лицо. В свете небольших очагов были видны идеальные мускулы под его карамельной кожей. Я сорвала с титана одеяло и укуталась.

– Мы здесь закончили? – поинтересовалась я. Куда подевался мой свитер?

Кейден взял с пола свою кофту и оделся.