– Не рассказывай Зевсу, – сердито огрызнулась я и встала. Хорошенько отряхнула песок со штанов. Татуировка могла убить меня намного раньше, и Зевс об этом знал.

Калхас осмотрелся по сторонам.

– Лучше убирайся отсюда. Я должен вернуться, и не попадайся на глаза Прометею, пока он не успокоится.

Все еще немного оглушенная, я направилась к дому. Шона и мамы нигде не было видно, его машина не стояла на подъездной дорожке, так что он, должно быть, уехал. Я надеялась, что мама не посмотрит в окно, когда буду красться мимо. Даже не представляла, как объяснить ей свои взлохмаченные волосы и покрытую песком одежду. Был ли ранен Кейден? А если да, то позаботится ли кто-нибудь о нем? Уж точно не чокнутые нимфы. Для них наше сражение было не более чем спектаклем. Им хотелось крови. Моей крови. Почему я вообще за него переживала?

– Ты в порядке? – Я резко развернулась. Передо мной стоял Иапет. А он откуда взялся? С его волос и одежды стекала вода, что ответило на мой вопрос. Он с тревогой посмотрел на меня. – Ты сделала татуировку?

Я кивнула.

– Но самочувствие бывало и получше.

– Он не должен был тебя заставлять. В нынешние времена мои сыновья только и делают, что позорят меня, – тихо проговорил он. – Где Прометей?

– На обратном пути на нас напали циклопы, – поколебавшись, ответила я. – Думаю, до сих пор с ними дерется.

На лице Иапета отразилось недоверие.

– Он ранен?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Я не могла там оставаться.

– Если что, Аполлон им займется, – успокоил титан и себя, и меня. – Хотел бы я, чтобы этот мальчишка отправился со мной домой, к его матери.

А я бы хотела, чтобы Иапет чаще лупил этого мальчишку по заднице.

Тот посмотрел на меня едва ли не с весельем во взгляде.

– Наверно, мне и правда стоило так делать. Я слишком снисходительно вел себя со своими мальчиками.