Это были лишь слова. Без какого-либо смысла. По крайней мере, такого, какой мне хотелось в них услышать. Как же я мечтала о том, чтобы он говорил всерьез!

Когда я не ответила, Кейден присел на край кровати.

– Какие у тебя планы на сегодня? – неожиданно спросил он совершенно нейтральным тоном.

Я бросила взгляд на часы.

– Черт, – вырвалось у меня. Уже половина шестого. В шесть начиналась моя смена у Пьетро. – Тебе пора. Мне надо собираться на работу.

– Я никуда не уйду, – произнес Кейден. – С тебя ни на секунду нельзя глаз спускать.

– И как только я умудрилась без тебя дожить до семнадцати? – саркастично заметила я, радуясь, что у меня не дрожит голос. Я могла притвориться такой же невозмутимой, как и он.

– Я задаюсь тем же вопросом.

– Раз ты настаиваешь, можешь меня подвезти, – уступила я, потому что мне правда нельзя было опаздывать. – Мне нужно десять минут.

Я рванула в ванну, захлопнув за собой дверь. Посмотрелась в зеркало и сделала глубокий вдох. Губы немного припухли, а на шее проявилось несколько красных пятен. Я побрызгала ледяной водой на лицо. Сколько еще раз я позволю Кейдену пудрить себе мозги? Переспала бы я с ним, если бы он не остановился? Да, да и еще раз да. А после записала бы милую маленькую главу о собственной глупости в книгу Ариадны. Один из циклопов должен был врезать мне по голове своей дубинкой, может, хоть так поумнела бы.

Спешно переодеваясь в чистую одежду, я пыталась разглядеть тату, но ничего не получалось. При этом на коже определенно ощущались зудящие линии.

Без пятнадцати шесть мы сели в машину.

– Почему циклопы напали на нас?

– Они не любят людей, – без колебаний ответил Кейден. – Особенно в Митикасе. Потому Гефест и не сказал им, какого гостя ожидает. Но слухи, само собой, все равно разлетелись. Мне следовало быть осторожней.

– Почему они нас не любят? – Скольких вообще людей могли знать циклопы?

Кейден выехал с парковочного места.

– Они терпеть не могут людей после происшествия с Одиссеем. Прости их.

– Простить? Они едва меня не убили. К тому же Полифем сам виноват, что Одиссей выколол ему глаз. Надо было просто его отпустить.

– Одиссей был лжецом и обманщиком, – возразил Кейден. – Полифем имел полное право требовать плату за виноград и овец, которых украл Одиссей.

– А съедать половину его экипажа он тоже имел право?