.

Она ощущала себя бесплотным духом, частью колышущейся мглы. Мгла будто бы утробно вздыхала, как уставший большой кит, а потом решительно выплюнула её в чёрную воронку. Очнувшееся сознание Таши увидело зафиксированное в медкапсуле тело и суровых медиков, пытающихся его реанимировать. Тонкие нити связи с телом звонко дрожали на пределе, грозя вот-вот оборваться, и Таша поспешила занять положенное ей место. Сразу пёстрой лентой закружились воспоминания – к счастью, свои собственные, и Таша облегчённо перевела дух. На этот раз её карьера профессиональной покойницы как никогда грозила оборваться навечно!

– Пришла в себя! – ворвался в уши громкий вопль, и встревоженное лицо врача вмиг сменилось бледным лицом Стейза.

– Как себя чувствуешь? Ты долго не возвращалась. – Первый стратег ласково коснулся лица своей девушки. – Я боялся думать, что... пустота забрала тебя...

– Мной она поперхнётся, так и запиши в журнал эксперимента, – хрипло откликнулась Таша. – Сам нормально вернулся?

Стратег кивнул, а все окружающие отчего-то покосились вбок. Приподнявшись, Таша увидела разломанное в труху супертехнологичное кресло, в котором раньше лежал Стейз.

– Немного переборщила с энергией отправки меня в материальный мир, – флегматично пояснил он. – Кстати, почему? Чего ты так испугалась?

– Наш туннель необратимо схлопывался, причём без всяких предпосылок к такому исходу. Как ты прошёл в ту пустоту? Ничего необычного не ощутил? И что с твоими метками?

– Метки слетели, вся работа насмарку. В пустоте ничего необычного не заметил, всё как всегда, а у тебя есть предположение, из-за чего произошёл коллапс туннеля?

– Предположение есть и звучит оно так: нас там не ждут, – сумрачно ответила Таша. Стейз помог ей выбраться из капсулы, усадил на диван и без тени смущения крепко обнял при всех. Вся армия некромантов вопросительно уставилась на Ташу в ожидании её красочного рассказа о приключениях за краем, который они потом смогли бы перевести на язык зубодробительных терминов и формул. Вздохнув, она начала так: – Эмоции – единственное и грозное оружие в пустоте. Поэтому стратега чужая пустота пропустила легко, как абсолютно безоружного, меня – по силовому принуждению, а создание эмоциональной связи между нами расценила как попытку взорвать ядерную боеголовку и поспешила избавиться от опасных гостей. Собственно, не могу осудить её за это.

Робкое предложение нуль-физиков попробовать установить метки ещё раз и Таша и Стейз восприняли в штыки, страшно переживая друг за друга. С их возражениями поспешили согласиться, но собственные соображения о запасном выходе эвакуации людей, о своём профессиональном долге перед другими не давали покоя. Одним словом, через несколько дней было принято решение, что они отправятся за край вместе, никакими своими действиями не будут провоцировать чужую пустоту на агрессию и немедленно вернутся в реальность при малейшей опасности.