Светлый фон

Дом Пранни Пью находился в конце города на улице Яблочной. Он был небольшим, одноэтажным, с маленьким ухоженным садиком.

Мы вышли из экипажа, вошли в открытую калитку, и Гериус постучал в дверь, покрашенную белой краской. Вскоре за ней раздались торопливые шаги, а потом щелкнул замок.

— Да? Я слушаю вас? — полная женщина в накрахмаленном фартуке близоруко сощурилась.

— Доброе утро. Я лорд Коулман, а это моя невеста леди Рене, — вежливо представился Гериус. — Вы Пранни Пью?

— Силы небесные… ох… ох… — женщина вдруг прижалась к стене и стала медленно оседать по ней. — Мне плохо…

Лорд подхватил ее на руки и понес внутрь дома, а я пошла следом, догадываясь, что Пранни Пью точно что-то знала. Об этом явственно говорила ее реакция.

Гериус положил женщину на диван в гостиной и спросил:

— Давайте я пошлю за доктором. Возле дома стоит мой экипаж.

— Нет… не нужно… — слабо произнесла Пранни Пью. — Дайте мне воды… Графин стоит на комоде…

Я поискала глазами графин и налила полный стакан.

— Благодарю вас… — женщина выпила всю воду, а потом, откинувшись на подушки, сказала: — Я всегда знала, что ко мне рано или поздно придут. Всегда…

Мы с Гериусом переглянулись.

— Вы знаете, где повитуха, принимавшая детей у леди Коулман и леди Опри? — спросила я. Мне было жаль ее.

— Сары уже нет с нами три года. Она умерла, — всхлипнула Пранни Пью. — Мы были сестрами.

— Рассказывайте, — лицо лорда окаменело. — И не вздумайте что-то скрывать.

— Я все расскажу, ваше первородство. Меня эта тайна мучила всю жизнь! — заплакала женщина. — Простите меня!

— Рассказывайте, — холодно повторил лорд, глядя в стену. — Все с самого начала.

— Наша семья работала в «Рыжих болотах»… Две средних сестры служили у вас горничными, — начала свой рассказ Пранни Пью. — Одна из них, Ария, носила ребенка, но по вине вашей матушки он не родился…

— Что это значит? — Гериус нахмурился. — Что сделала моя матушка?

— Она всегда плохо относилась к слугам. Позволяла обзывать их, унижать, а иногда могла даже ударить, — женщина испуганно взглянула на лорда. — Я не вру, вы не подумайте!