Я уронила чашку.
Прямо в стенку.
Чашка разлетелась множеством мелких осколков.
Плохая новость: кажется, я окончательно спятила.
Хорошая новость: наконец-то они заткнулись.
— А кому решать, — спросила я, — кто заслуживает помощи, а кто нет? Кто из вас будет принимать это решение? Кто из вас точно может
Ответом мне была тишина.
— Ну ты и больная, — сказал Пол, выражая общую мысль. — Неужели не понятно, о чём мы говорим? Ты сама видишь это каждый день!
— Мне понятно, — и правда понятно, на самом деле.
— Если тебе их так жаль, то в ночлежке сегодня убираешь сама! — быстро добавила Эли.
— Договорились, — бросила я сухо, выходя в коридор.
А ведь эти тоже скоро сменятся.
При мне персонал менялся уже три раза.
Они однажды просто не выходят на работу, и всё.
“Они выгорают, — говорил по этому поводу падре, — в тот момент, когда окончательно перестают сочувствовать чужому горю. Никогда не слышала о падших ангелах? Тут все сотрудники такие, если хочешь знать. И ты тоже, без вариантов. И главный вопрос заключается в том, кто как глубоко падёт.”
Этот мне падре. И его своеобразное чувство юмора.
30
30
*