У Анхи от боли перехватило дыхание и теперь уже она держалась за Юркого, чтобы не упасть. Но прежде, чем он вновь ударил её, их обоих сбил с ног отлетевший от Быка вояка. Защитник Анхи расшвыривал нападавших во все стороны, но это не приносило им особого вреда, кроме порушенного самомнения.

Юркий в бешенстве столкнул с себя девушку и подскочил на ноги, а Анха торопливо отползла от приходящего в себя после полета и мотающего головой воина с ножом в руке.

— Вы что здесь устроили, собаки? — взревел появившийся воевода. — Моча в голову ударила? Всех бессрочно за стену отправлю!

Наблюдатели поспешили разбежаться по делам, а княжна неловко поднялась и, подобрав сползший с головы платок, открыто посмотрела на воеводу. Наверное, у неё ум за разум зашёл, раз она позабыла об осторожности и своём положении. При виде ответственного за все происходящее здесь воина её охватило негодование.

Как он мог довести до упадка такой стратегически важный объект? Почему здесь царит право сильного и подлого, а не воинский порядок? Каким образом воинство распалось на клановые группы и разномастные шайки безклановых?

Её дед с гордостью рассказывал о своей службе в одном из приграничных гарнизонах! Он говорил, что защита границы объединила всех, и это было здорово. Он скучал по тем временам.

Воевода выглядел внушительно, но Анха не могла простить ему того, что творится у него в гарнизоне. Она гневно смотрела на него и сжимала кулаки, не имея возможности высказаться.

А он вдруг без какого-либо раздражения примирительно произнёс:

— Ну, будя тебе глазищами сверкать! Ишь, как разошлась… А ты, остолоп чего кулаками машешь? Ты смотри у меня! Пока спокойным дурнем был, так и место за тобой держали, а буяна выставлю.

Вставшая на вытяжку компания нападавших не сумела подавить насмешливых улыбок. Анха требовательно перевела взгляд с воеводы на них и обратно, но тот лишь показательно нахмурился и тоном доброго дядюшки пожурил:

— Глупая! Ещё раз увижу или мне доложат, что из-за тебя распри, то определю на постоянку в женские комнаты, — и погрозил пальцем.

— Так сейчас её туда! — поддержали воеводу со всех сторон.

— Цыц! Не наседайте на девицу-красавицу… Успеется…

Анха не веря своим ушам и глазам, провожала взглядом человека, внешним видом похожего на былинного богатыря. Она до последнего ждала, что он накажет тех, кто действительно виноват.

— Собирай манатки, Бык! — продолжила глумиться всё та же компания, когда воевода скрылся из глаз. — Тебя уже считай выставили!

Из тени выступила Ланка и походкой от бедра подошла к старшему своры. Он обнял её, демонстративно пошарил рукой по изгибам и, смотря в глаза Анхе, глумливо протянул: