Его величество поднял бокал в воздух, и все в зале вторили ему.

– Но на этом наш вечер не заканчивается, – неожиданно для всех продолжил Григорий Александрович Лас-Морен. В зале повисла тишина. – Сегодня до нас дошли благие вести о том, что орден Благословенных стражей еще жив.

– Эшли, Францезелин, Анжелика, – в ухе прозвучал голос Кейрис, так громко, будто микрофон засел внутри уха, но Эшли обрадовалась этому больше, чем если бы Ветреная застряла под землей. – Если вы меня слышите, дайте знак.

– Слышу, – тихо шепнула Эшли.

– Ты бы еще громче сказала. – Возмущенный голос Анжелики раздался уже во втором ухе.

– Не слушай ее, мы на связи, – прошипел мягкий голосок Францезелин.

Его величество жестом руки и холодной улыбкой пригласил Благословенных стражей вперед. Эшли видела сквозь толпу, как Францезелин и Анжелика вышли к королевской семье и, сделав глубокий реверанс, обернулись к залу.

– Вижу Киртана, – сообщила Кейрис. Блуждая взглядом по зале, Эшли так и не смогла найти Ветреную, будто она была везде и нигде одновременно. – Он странно оглядывается по сторонам, в основном на трон короля.

Францезелин с Анжеликой оглянулись, и Эшли могла поклясться, что уловила мгновение, как Киртан столкнулся с Франц взглядом, полным презрения.

– Орден Благословенных стражей четырнадцать лет назад пережил страшную трагедию, – уверенно начала Анжелика с гордо поднятой головой. Водная одним своим видом показывала свое влияние и силу, которой обладала и которую никому у нее не отнять. – Демоны почти смогли уничтожить все наше наследие и знания, накапливаемые веками. Но только почти. Только сейчас мы смогли обрести силу и возможности снова заявить о своем существовании всему Архипелагу. И снова дать клятву, что сделаем все возможное, чтобы демоны не смогли больше угнетать жителей и, наоборот, чтобы демоны, жаждущие помощи и заслуживающие сострадания, смогли найти здесь мир, как гласил мирный договор, заключенный между Архипелагом и Тенебрис после окончания Великой войны. – По залу прошелся шепоток. Кто-то был возмущен, кто-то, наоборот, восторгался, что застал новый виток в истории Архипелага на своем выпускном. Так или иначе, по залу прокатилась волна бурных аплодисментов.

– При дворе вы, юные леди, дали клятву от лица ордена, и теперь мы будем надеяться на вас так же, как и на всех ваших предков, – произнес король, но Эшли почему-то показалось, что в этих словах больше мелькала наигранность и даже отвращение. Взгляд короля был пуст, а голос холоден.

Музыка заиграла до дрожи знакомую мелодию, от которой мурашки забегали по телу.