Он на внезапно ослабших ногах подошел к ближайшей капсуле и, преодолев накативший страх, взглянул на стекло. Там, под почти прозрачной толщей, лежала незнакомая женщина, бледная до синевы. На ее шее едва заметно пульсировала жилка.

Тайлин встала рядом, положив ладонь на стекло. Рука ее дрожала.

— Эйс, — тихо позвал Кейсо. Маг не отзывался.

— Эйс! — Кейсо и диа повернули головы и увидели, что Эйс стоит перед одной из капсул, не отрывая от нее взгляда.

Сердце Тайлин ухнуло куда-то вниз.

— Кто… там, Эйс? — спросила она пересохшими губами.

— Отец, — глухо ответил маг. И Тайлин увидела, как, полные гнева и боли, нити магии взвились вверх, наполнив пещеру сиянием, от которого померкла даже черная пульсация.

— Какого… как?! — Кейсо в один прыжок оказался рядом с Эйсом. Тайлин тоже подошла, нерешительно заглянув в капсулу. Мужчина внутри был знаком ей по слепку. Те же гордые черты, сжатые в тонкую линию губы, только цвет лица — такой же как у первой женщины. Та же едва бьющаяся жилка. А еще пальцы, скрюченные на порванной в нескольких местах рубашке, словно трис Дарго пытался сжать их в кулак, но не смог. И ниточки. Тонкие ниточки вокруг пальцев, обвившие их.

— Эйс, я вижу нити. Вокруг пальцев твоего отца. Это может что-то значить? — тихо спросила диа. Плечи мага напряглись, а затем, к удивлению Тайлин, он хмыкнул.

— Отец неподражаем. Наверное, все случилось еще до того, как я понял, что он пропал. На слоях вот так быстро и не заметить. Уже истончилось.

— Что истончилось? — не поняла Тайлин.

— Сообщение. Встроенное в слой. Это такой способ передать послание, если ты… подозреваешь, что не сможешь сделать это лично, — пояснил Кейсо. — Привязывается непосредственно к магу. Но имеет ограничение по времени. Сначала стирается из видимой части слоя, а затем и из подслоя.

— В подслое, к счастью, оно еще осталось, — сделал несколько пассов руками Эйс. — Ройдо Кхане.

— Что «Ройдо Кхане»? — не понял Кейсо.

— Послание, которое оставил отец.

— Тот самый, который потерял жену? — вспомнила Тайлин рассказ диа Миам. — А он тут при чем?

Эйс нахмурился.

— Я думаю, что единственная причина, по которой отец потратил бы силы на привязку это если бы он хотел сообщить имя причастного к Ордену. Может быть даже того, кто стоит за всем этим.

— Трис Кхане? Но ему-то это зачем?! — поразился Кейсо. — Его имя никогда не всплывало в Департаменте или в Совете, насколько я знаю. Как обычный маг мог провернуть… такое?

Тайлин медленно прошла между капсул, вглядываясь в застывшие лица. Чуть поодаль от прочих стояла еще одна капсула, подсвеченная холодным голубым светом кристаллов под ней. Казалось, словно она сделана изо льда. Вокруг капсулы были насыпаны уже успевшие высохнуть иголочки можелистника — последнее «прощай» усопшему, дань памяти, привет на ту сторону. Ладони Тайлин заледенели. С одной стороны капсулы, на крышке, лежал слепок, помятый, словно его не раз судорожно сжимали в руке. На слепке друг на друга смотрели мужчина — высокий, с залысинами на широком лбу и гордым профилем — и женщина, тонкая, больше похожая на дух и сказки, чем на живого человека. Судя по всему, слепок был сделан во время какого-то приема, на заднем плане слегка смазанными силуэтами застыли другие люди. Но мужчина и женщина смотрели только друг на друга. Тайлин перевела взгляд на крышку капсулы. Тонкие темные нити бережно обвивали худенькую до прозрачности женщину, храня ее нетленной. Но жилка на ее шее не билась.