— Вы интересно рассуждаете, но многие с вами не согласятся.

— У всех разные ситуации, но здесь, во Франции впору уже жалеть мужчин. Вы видели, как они испугались этой ненормальной? Ребята ничего не смогли сделать, чтобы защититься от неё. А как её выставлял администратор? Он же прятал руки за спиной, лишь бы не касаться её, потому что боялся обвинений, начиная от попыток изнасиловать до ущемления прав, а ведь это частное заведение, и он имеет право выставить любого.

Они замолчали, выбирая себе еду и сделав заказ, продолжили личный разговор.

— Катя, я не жду от вас какой-то особой лояльности в обмен на мой интерес… точнее, я надеюсь, но не хочу торопить вас. Нас с вами сейчас связывает история, и это уже не мало, но если вы сегодня вечером сходите со мною в оперу, то я буду счастлив.

— Опера? Сегодня? Я с радостью! Вы не представляете, как мне этого не хватало, и я уже собиралась сама купить билеты…

— Вы только скажите, что вам желательно — и мы везде побываем, — прервал он её, смотря с надеждой.

— Я соскучилась по всему! Знаете, раньше я редко куда-то выбиралась. Один раз в год в театр, пару раз на выставки и не испытывала тяги к искусству. Детских развлекательных занятий мне хватало. К тому всё было как бы рядом, доступно, и казалось, это будет вечно, а теперь я дорожу всеми дарами цивилизации. Какое наслаждение было посмотреть мультики, съесть шоколад, выпить кофе и какао. А чай! Раньше я пила только сладкий с лимоном, сейчас же меня приводит в восторг терпкий вкус без всяких добавок. Вот вы наверняка не цените, что у вас в доме есть душ. Я же балдею от него уже неделю. Представляете, два душа в доме и свободный доступ к воде! А как меня радуют такие мелочи, как вольготно гуляющие толстые кошки по улицам, возможность покрошить хлеб голубям, увидеть приветливую улыбку соседей, легко общаться с вами. Меня всё это приводит в восторг.

— Я больше всего оценил ваш восторг по поводу меня, — недоверчиво улыбнулся Эмэри, и Катя поспешила отвести от него взгляд. У этого мужчины море обаяния, которому сложно противостоять.

— Однажды я взялась учить считать капитана Рутгера, но это длилось ровно до тех пор, пока не увидел Берт. Он даже разбираться не стал, напав на него — и был в своём праве. Если бы он увидел сейчас меня с вами, то убил бы вас.

— Поединок? Я бы сразился за вас, — казалось, что он прихвастнул, но посмотрев на него, она почувствовала, что он серьёзен и старается показать ей, как много она значит для него.

— Нет, Эмэри, у вас нет меча, он бы просто убил вас, — говоря о прошлом, Катерина вновь почувствовала себя усталой. — И считал бы, что оказал вам честь.