Беннет нахмурился и двинулся им навстречу.
— Что с ним случилось?
Касзмуни, шедший впереди, нес на поясе широкий
— Он пытался бежать, Паландрет. Нам пришлось его усмирить.
Четверо из стражников были в синяках и кровотечениях. Остальные были растрепаны и явно побывали в драке. Беннет поднял брови, когда они толкнули человека вперед, и тот рухнул на колени в грязь.
— Впечатляет. Как близко он был к тому, чтобы сбежать?
— Ближе, чем я хотел бы признать, Паландрет.
Сальвия не могла хорошо рассмотреть окружавших его стражников. Они сохраняли бдительность и готовность, хотя мужчина покачивался так, словно мог потерять сознание в любую минуту. Ее руки сжались на рукояти меча Алекса, чтобы унять их дрожь.
— Мы сделаем это здесь?
Должно быть, он понял ее, потому что тело пленника дернулось и скрутилось от ее слов. Окружавшие его стражники тут же принялись снова его удерживать, но он продолжал биться, из его кляпа вырывались ворчание и приглушенные крики. Чтобы прижать его к земле, потребовалось шесть человек, а он все еще сопротивлялся. Она удивлялась, как он может дышать.
— Давайте закончим это, — сказала она.
Беннет покачал головой.
— Я дам тебе то, что ты просишь, Сальвия, но он имеет право знать причину своей смерти. Он также должен иметь возможность сказать свои последние слова.
Лани закатила глаза и издала звук отвращения.
— Сомневаюсь, что этот человек оказал Алексу такую же любезность.
Король резко обернулся к ней.
— Тогда это разница между нами и ими, которую я рад иметь.
Лани открыла рот, чтобы возразить, но Сальвия покачала головой.
— Мой Король прав.