— Тебе больше нравилась моя прежняя внешность?

Ласковый голос с соблазнительными нотками, заигрывающий взгляд: Мирам опять за старое! Но я уже новая! Больше я не поведусь на все это!!!

Демонстративно вздернув подбородок, я окинула его холодным взглядом:

— А кто вы? Мы разве с вами знакомы?

Мирам наигранно закусил губу, заставляя меня вдруг вспоминать вкус его страстных поцелуев, и я мгновенно ощутила, что он сейчас пробует меня ментально «читать». Ага, подсознательное возбуждение он уже считал и нагло ухмыльнулся. Я же разозлилась, пытаясь сейчас самым натуральным образом его наказать: за отлучку, за равнодушие и полное отсутствие вестей. Решительно захлопнула перед ним свой разум, заставив его немного поморщиться от неприятных ощущений, и с вызовом посмотрела в его глаза.

Мирам быстро вернул лицу самоуверенное выражение, подмигнул мне и снова повернулся к парням…

Что ж, стоило признать, что учитель из него вышел замечательный. Он легко завладел вниманием кадетов и смог не раз поразить их своими ментальными способностями.

Правда, звали его почему-то мистером Аримом, и я поняла, что он снова присвоил себе чужое имя…

Обманщик!

Когда занятие закончилось, и парни начали покидать аудиторию, я намеревалась тоже демонстративно уйти, но Мирам бесцеремонно схватил меня за руку и просто не отпустил.

Я повернулась и взглянула на него с притворным недоумением.

— Что? — сделала вид, что не понимаю.

— Моника, не уходи…

Странно, но в его голосе разом исчезли и насмешливость, и несерьезность.

Но я была слишком обижена, чтобы среагировать на это.

— Что вам нужно, мистер АРИМ? — я подчеркнула его очередное имя.

— Это не совсем обман, хоть ты в этом и уверена, — словно прочитав мои мысли, произнес Мирам. — Мое имя здесь и сейчас — Мирам Арим. Немного упрощенное от Мирамиил Синоарим. Так что я честен…

— А лицо? — киваю на измененную внешность.

— Это мелочи, — ухмыляется Мирам, но почти сразу же становится снова серьезным. — Моника. Я пришел. К тебе. Я не мог раньше, правда. Но я помнил о тебе каждый иширский день!

— А не судьба была просто передать весточку, а? — вырвалось у меня вдруг то, что накипело. — Тебя не было четыре месяца!!!