Она не хотела, чтобы он видел ее в таком состоянии. Ей нужно опустить ноги в снег и глубоко дышать, пока слезы будут тихо скользить по щекам. Руа знала, что так и будет, чувствовала, как истерика поднимается в ней – так же, как и много раз до этого, когда она просыпалась от преследующих ее кошмаров. И она не могла позволить окружающим увидеть больше, чем они уже видели.

Да, так оно и есть – она была сломлена.

* * *

Руа преодолела еще два лестничных пролета и оказалась на балконе возле библиотеки, молясь, чтобы там никого не было, когда она выскочит на мороз в одном платье. Она вздохнула и выдохнула в ледяной воздух. Было пусто.

По диагонали слева от нее находился балкон бального зала, освещенный золотым светом свечей, он выглядывал из-за угла дворца. Тут ее никто не увидит – в тишине и темноте. Руа подошла к балюстраде из серого камня, перила покрывал лед. Она прислонилась к ним грудью и, еще раз глубоко вдохнув, посмотрела на восток. Скоро взойдет солнце, дни станут длиннее.

С этой стороны замка город Ексшир был почти не виден. Вместо этого перед Руа высились скалистые вершины Высоких гор и густые, покрытые снегом леса. Они явно отличались от собратьев из Северного королевства, были как будто острее: колючие альпийские кустарники, впечатляющие вершины гор позади, более разреженный воздух. Руа поняла, что все еще задыхается, не в силах перевести дыхание. Голоса и веселый смех, доносившиеся из зала, преследовали упорнее любого кошмара. Каждый отголосок смеха был насмешкой над ней. В каждом звуке слышалось: «Обманщица». Как она могла вынести улыбку другой ведьмы или замечания, что она похожа на убитых родителей?

Подтянувшись, Руа уселась на перила и перекинула ноги через край, болтая ими в зимнем воздухе. Она посмотрела вниз. Фундамент замка обрывался на краю утеса. Здесь не нужна была высокая стена – никто не смог бы взобраться на эту отвесную скалу. Одна из позолоченных туфелек болталась на пальцах, а Руа хотелось почувствовать ночной воздух. Отшвырнув туфельку, она наблюдала, как та свободно падала в бездну. Ее уже было не вернуть. Она позволила и другой упасть и унестись в темноту.

От ледяного укуса холода у нее тут же онемели пальцы ног, а мышцы, о которых она и не подозревала, расслабились. Сердце больше не колотилось в груди. Руа была благодарна, что паника утихла, но ее напугала тишина, разлившаяся кругом. И в этой тишине она еще острее ощутила, как тьма грызла изнутри.

Бездна под ногами была ничем по сравнению с тем, что жило внутри нее. Все, что Руа бросала в яму внутри себя, чтобы заполнить ее, исчезало без следа. Ей нужно было найти Бри и попросить о спарринге или вернуться в свои покои и колотить костяшками по каменной стене. Ей нужно было сделать хоть что-то… но это чувство все равно вернется – рано или поздно.