– Ты что о себе возомнил?! Думаешь, можно врываться ко мне когда угодно?! – Я встаю с кровати и с обвинением тычу в Альрайена пальцем. – Ты! Убирайся прочь, пока я сама не вышвырнула тебя отсюда!

Альрайен нечасто теряет маску невозмутимости, но сейчас он действительно зол. Подскакивает ко мне, хватает за плечи и с силой встряхивает:

– Ты только посмотри на себя! Что ты с собой сделала? Похудела, под глазами темные круги! А эта вялая улыбка, которой ты наградила нас на первом этаже? Ты стала похожа на бледную тень самой себя! Я никогда не видел тебя такой.

– Наверное, это потому, что я никогда и не настраивала себя на подобный поступок, – зло говорю я, вырываясь из его рук.

– Ты о чем?

– Не твое дело.

– Мое, Алиса. Еще как мое. – Альрайен угрожающе надвигается на меня, а я отступаю, не желая выяснять отношения, когда все мои мысли принадлежат Тэану. – Даже сейчас, несмотря на раздражение, ты взираешь на меня отстраненно, с отчуждением. Я не хочу видеть в твоих глазах пустоту. Знаешь, почему это мое дело? Потому что теперь ты моя жена, и все, что касается тебя, также касается меня. Прекрати запираться в себе, выйди наконец из этого ступора!

Рывком Альрайен преодолевает оставшееся расстояние и впивается в мои губы безжалостным поцелуем. Поваливает на кровать. Не прерывая поцелуя, яростно срывает пуговицы с рубашки. Я сообразить ничего не успеваю, как, отодвигая в сторону плотную ткань, его рука опускается на обнаженный живот и скользит к талии.

– Ты думаешь о нем, верно? – хрипло шепчет Альрайен прямо на ухо, касаясь его губами. Со злостью констатирует: – Да, ты снова думаешь о нем. Этот твой отстраненный взгляд, как же я ненавижу его!

Спускается поцелуями к шее и дальше вдоль ключицы. Цепенея от яростных действий аллира, я потрясенно вжимаюсь в постель. Забываю и о владении магией, и о том, что кулаки – тоже неплохое оружие.

– Что, не смогла уговорить его не уничтожать мир? Конечно, ему наплевать на всех, наплевать на тебя! А мне – нет. Неужели ты не замечаешь? Ты нужна мне, пойми.

Добравшись до ямочки между ключицами, его губы начинают спускаться ниже. Руки продолжают скользить по телу, с хозяйским интересом исследуя то, что по праву принадлежит ему. То, чем Альрайен может пользоваться в свое удовольствие – каждое прикосновение словно вопит об этом, доказывая мне его власть, его право.

– Ты теперь моя, слышишь? Моя. Алиса, любимая… – шепчет он в перерывах между поцелуями.

Последнее слово, кажущееся совершенно абсурдным, выдергивает меня из оцепенения. Перехватываю запястья Альрайена, с силой отталкиваю его. Сама же бросаюсь в противоположную сторону.