Сама себе противна! То с Тэаном на свидание бегаю, при живом-то муже. Теперь вот Альрайена едва вовремя остановила. Решив, что непременно нужно посетить местную ванну, я сворачиваю новую рубашку, поплотней кутаюсь в ту, которая уже на мне, и высовываюсь сквозь пелену света. Коридор, к счастью, пуст.

После того, как искупалась, переоделась и привела растрепанную себя к более приличному виду, я спускаюсь на первый этаж таверны, намереваясь поужинать. Есть совершенно не хочу, но, как удается вспомнить, за последние сутки я только утром перекусила легким завтраком. Посетителей в зале почти нет – все давно разбрелись по своим комнатам. Поразмыслив над предложенным списком блюд, прихожу к выводу, что сейчас в меня не влезет и крошка. Заказываю мятный чай и вместе с чашкой в руках выхожу на улицу.

Неостывшую после ванны кожу обдает холодом, но это вызывает только приятные ощущения. Сажусь прямо на ступеньки, обхватываю чашку с дымящимся напитком обеими руками. Делаю глоток, после чего ставлю ее на колени, продолжая придерживать.

В голове зияет удивительная пустота, словно все мысли решили разом покинуть меня. Вокруг царит ночная темнота, освещенная лишь факелами у ворот на выезде с двора. Живое пламя создает атмосферу уюта. Двухэтажный, но длинный деревянный дом за спиной. Чуть сбоку, за пределами видимости конюшня для фоаров. Просторный двор с кустами и деревьями, все это огорожено высоким надежным забором. Немного правее – закрытые на ночь ворота, и вот с обеих от них сторон – горящие факелы, что добавляют всей обстановке нотку таинственного, средневекового очарования. В темно-бархатном небе сияют первые звезды. Постепенно их ряды пополняются все новыми светилами. Я бездумно сижу на ступенях, периодически отпивая чай небольшими глотками.

– Позволишь? – неожиданно раздается за спиной голос Альрайена. А я ведь даже не заметила, как он подошел.

– Разве мой ответ что-нибудь изменит? – спрашиваю отстраненно. Сил на спор и выяснение отношений уже нет, как нет никакого желания что-либо делать, говорить, думать.

– Я сорвался, прости. – Альрайен присаживается рядом со мной на ступенях. Молчаливо вглядывается в мое лицо, но я упорно продолжаю смотреть в чашку с чаем. Не дождавшись от меня реакции, аллир заговаривает: – Ты не представляешь, что я почувствовал, когда увидел тебя такой. Изможденное лицо, вымученная улыбка, безжизненный, опустошенный взгляд, как будто что-то важное внутри тебя потухло.

Альрайен поднимает руку. В неуверенном, нежном жесте прикладывает ладонь к моей щеке, пальцами зарывается в волосы. Но я наклоняюсь вбок, отстраняясь от ненужной ласки. Обреченно роняя на колени руку, аллир смиряется с моим нежеланием терпеть его прикосновения и больше попыток не делает.