— Идиот! — возмутился тот поведением своего младшего, витающего в облаках, брата. — Ты всё испортил!

— Простите, пожалуйста, — стыдливо улыбаясь, отозвался Феанфил, немного склонив голову перед королём, их с Эрвилом отцом, Оренином из рода Андрагонов. Эльф с волосами цвета золотистого жемчуга, собранными в длинную густую косу, и глазами, подобными двум голубым полупрозрачным топазам, грозно сверлил юношу взглядом. Строгое, типично эльфийское лицо с острыми скулами, тонкими носом и губами, скривилось в отвращении.

— Что ты сделал с драконом? — голос короля звучал как раскат грома в каменном мрачном зале, в котором явно нечасто проводились подобные собрания, ибо выглядело всё покинутым, осиротевшим и затхлым. Поеденные временем гербы, сколотые углы, потрескавшиеся полы и витающая в воздухе, точно живая, пыль — замок-призрак, не меньше. — Ничего, мой король, — покорно отвечал Феанфил, легко улыбаясь, желая хоть как-то смягчить разгневанного отца-короля. — Я просто на время отправил его в другое место. Я не стал бы убивать его!

Губа Оренина нервно дёрнулась. Эльфийского короля раздражала доброта души его младшего бастарда. Видя в Феанфиле отвратительные королю кротость и беззлобность, Оренин искренне недоумевал и даже сомневался, что мальчишка действительно его кровный сын. Доказательством их подлинного родства был тот факт, что Оренир держал в плену их с Эрвилом мать, и никто, кроме него, не имел права даже касаться ее. В иной ситуации, король из рода Андрагонов избавился бы от мелкой сошки, но Феанфил был ему очень полезен, а в покладистом характере всё же находилось больше преимуществ, чем изъянов.

— Ваше величество, — начал Эрвил, — такого впредь больше не повторится. Это был первый и последний раз. Губа короля снова дрогнула, а брови сердито нахмурились. Его молчание было тяжёлым и ледяным, однако оно быстро скрасилось резким словом:

— Проваливайте оба.

Братья откланялись и поспешили удалиться. Пока они шли по серым коридорам, стянутым тенями, которые лишь местами прорезали лучи света, пробивающиеся сквозь крошечные окна или же трещины, Эрвил медленно закипал, но в итоге он сорвался. Удар пришёлся по загнившей стойке с запылившимися флагами, которые со звонким эхом ударились об пыльный каменный пол. Феанфил от неожиданности даже подпрыгнул на месте. Видя, как его брат взбешён и расстроен, эльф виновато промолвил, стыдливо отводя взгляд:

— Прости. Я не смог иначе…

— Тебя там, твою ж мать, какая муха за жопу укусила?! Придурок! — Эрвил был настолько зол, что на его лбу начала пульсировать вена. Феанфил не на шутку испугался брата, посему сделал пару шагов назад. — Это был твой шанс показать нас! Что мы не отребья…