Мы вытаращились на советника, принявшего кардинальные меры. Вот это я понимаю, не медлит мужчина, не рассусоливает. Только зачем?

– Вы же не думаете, что я отпущу вас одну в чужую страну? – укоризненно сказал он. – Чтобы вы и там влипли в историю? И не найдетесь, леди.

– Минуточку, минуточку, – вмешался отец, подозрительно оглядывая мою скптическую позу. – Вы просите руки моей дочери?

– Думаю, ваша дочь меня поколотит, если я попрошу у вас её руки, – серьезно ответил советник. – А потому, госпожа Маргарет, у меня к вам деловое предложение.

Из кармана сюртука вынырнула коробочка. Где-то я такую уже видела…

– Леди, позвольте стать вашим спутником на этом нелегком коммерческом пути?

Я оценила размер изумруда, деловитый вид лорда, его статус, власть и проницательный ум. Переглянулась с Ясенем. Весомый аргумент на особо крутых поворотах к монопольному бизнесу.

– Вы дадите мне время на раздумья?

– Дам. Пара минут у вас точно есть, пока мой секретарь не уточнил имена сопровождающих лиц при въезде в Лоппогорн. Со своей стороны обещаю не задавать глупых вопросов и не отговаривать прыгнуть в пасть ко льву, если вас заинтересует его внутренний мир. Но вы взамен будете благоразумны и позволите мне прыгнуть первым, чтобы обустроить там всё для вашего прибытия.

– А вы умеете уговаривать, советник, – сдалась я.

Хотела же приличную аристократическую ширму для своих дел? Вот она, готова прикрывать меня не только в придворном свете, но и в откровенно рискованных глупостях. А то, что этих глупостей будет полно при строительстве на настоящем африканском континенте, я не сомневалась.

– Добро, – хлопнул по столу отец, заставив нас отвлечься друг от друга. – Но сначала свое… партнерство официально зарегистрируйте.

Я неожиданно улыбнулась, на секунду поймав полный восхищения взгляд Виктора. Лучшее предложение, честное слово. И так приятно, когда на тебя смотрят, как на маленькое чудо, озаряющее жизнь теплым светом.

Пусть таким образом путешествие отложится еще на несколько недель, а то и пару месяцев, но мы всё успеем, и я уеду с легким сердцем, зная, что мои преданные слуги, ставшие домочадцами, будут в безопасности и при деле.

Кстати говоря, кто-то обещал мне визиты на вечер. И уже темнеет, по-зимнему рано топя город в сумерках. Вторя моим мыслям, с улицы послышалось лошадиное ржание. Пришлось отойти к единственному целому окну, удачно выходящему во двор, и рассмотреть первого посетителя.

Посетительницу. Выходящая из экипажа маркиза поразила меня своей худобой и бездонными глазами, ярко выделяющимися на похудевшем лице. Елизавета была болезненно бледная и будто смертельно уставшая, но осанку держала столь ровно, что, казалось, последняя соломинка переломит её спину.