Словно почувствовав мой взгляд, она вскинула голову, обшарив глазами поплывшие стекла, и наткнулась на меня. Секундная пауза и я приветливо улыбнулась, кивая на вход. Между нами не будет вражды. И какое счастье видеть облегчение в её глазах, плещущееся признательностью и решительностью принести извинения за своего отца.

– Гретта, ты бы не могла, пожалуйста, для меня кое-что сделать? – весьма смущенно попросил лорд-советник, подобравшись сзади и положив теплые ладони на мою талию.

– М-м-м, что?

– Можешь сварить мне ещё кофе?

Эпилог

Эпилог

Погруженный во тьму рабочий кабинет не выделялся особым излишеством на фоне таких же бездушно-типовых комнат роскошного загородного поместья. Третий этаж, восточная сторона, а потому солнце всегда спешило перебраться на другую сторону, оставляя окна в приятной для герцога полутьме.

Для сегодняшнего вечера шторы были предусмотрительно закрыты, слуги отосланы вниз, при нем только преданный старый пёс-дворецкий, готовый как скалить зубы за жизнь свое господина, так и с радостью отдать богу душу.

Отдать душу, да…

Герцог отодвинул железную цепочку, вмонтированную в стол, свечи, кинжал, небольшой хлыст и иглы. Будет неприятно этим пользоваться, но ради цели – почему бы и нет. А пока есть время пододвинуть ближе настольное зеркало и оглядеть свои светлые волосы, зеленые глаза и приятную благородную внешность, которая так нравилась его возлюбленной.

Пожалуй, Кларисс недаром считался одним из самых привлекательных выпускников военной гимназии, а старая привычка называть себя герцогом по титулу отца, разделенная на двоих с братом, помогала держать голову высоко поднятой в любой ситуации.

Он никогда не понимал сочувствующие шепотки за своей спиной, незаметным ядом обмусоливающие его статус. Не будет же он в самом деле завидовать брату или ненавидеть его за то, что он родился раньше? Смешно, право слово. Дату рождения не выбирают. Как и родителей.

Ему повезло – любящие родственники никогда не подчеркивали первенца семейства Адельгизов и не ставили его в пример, а Её Величество и вовсе называла своим любимым племянником. Один только номинальный дядюшка их большой августейшей семьи сошёл с ума, пытаясь отобрать власть у того, кто владеет ею по праву. Даже больше, юноша был искренне рад своей участи, зная, что ему не придется выбирать между долгом перед герцогством и любовью.

А вот от неё удача отвернулась с самого начала. Мало того, что при рождении прекрасный цветок отдали в лапы мелочному ублюдку, так ещё и единственный близкий человек погиб от болезни. Впрочем, Кларисс искренне надеялся, что он относится к числу самых близких. Но как же ему тяжело…