— Вот еще одна, мамочка, — мило шепелявит маленькая рыжая девочка, сложив ковшиком ладошки. Ее запястья щекочут нежные листики.

— Еще одна, Рози… быть не может! — притворно удивляюсь.

— Посмотри!

Ладошки разжимаются, и из них действительно появляется нежный серебристый бутон.

— Папа вернется из путешествия и не узнает наш дом, — качаю головой.

— Узнает, — уверенно кивает. — И очень обрадуется. Особенно когда мы расскажем ему о братике.

— Каком братике, Рози?

Я вижу, как женщина в видении робко накрывает пока еще плоский живот ладонью.

— Том, который у тебя в животике. Маленький Тристан. Мой братик…

— Ну, ты и выдумщица. Откуда знаешь, что Тристан?

Девочка немного обиженно надувает губки.

— Я не придумываю, мамочка… Мне розы прошептали.

После этих слов шар снова заволакивает туманом, женщина и ребенок исчезают, а я чувствую на щеках влагу. Вытираю ладонями соленые капли и закусываю губу.

Тор мгновенно притягивает к себе, нежно прижимает, целует в волосы.

— Что ты увидела? Тебя что-то расстроило, Вив?

Сглатываю ком в горле, качаю головой.

— Нет… не расстроило, — поднимаю лицо, чтобы посмотреть в любимые глаза. — Я увидела… Прошлое… прошлое и будущее, — моя ладонь накрывает пока еще плоский живот. — И это будущее прекрасно, Тор! Я так тебя люблю!

— И я тебя люблю, моя сладкая Вишенка!

Наши губы встречаются, и я чувствую вкус теплых, нагретых солнцем спелых вишен. Вкус нашей любви.

Конец